Как же удалось Теодориху добиться столь разительных перемен за довольно короткое время своего правления? Ни государственные, ни экономические органы управления страной не претерпели каких-либо существенных изменений. Все дело в том, что Теодориху удалось принести многострадальной Италии такой бесценный дар, как мир, который он стремился оберегать на протяжении всей своей жизни. Именно это было совершенно необычным в те жестокие времена. Армия его остготов была надежной защитой от набегов воинственных, жадных до чужого добра варваров. Сам король принимал весьма решительные меры к тому, чтобы и в самом государстве, и на его границах спокойствие сохранялось настолько долго, насколько это было возможно. Кроме того, его правительство проявляло крайнюю осторожность в таком вопросе, как повышение налогов, и гарантировало полное освобождение от налогов и государственную поддержку в тех случаях, когда речь шла об освоении новых земель или возникновении форс-мажорных ситуаций (стихийные бедствия, пожары и т. п.). Финансовое положение страны во времена правления Теодориха было очень стабильным, что позволяло правительству осуществлять мероприятия, имевшие чрезвычайно большое экономическое и экологическое значение: строились и реставрировались водопроводы и бани, для создания новых посевных площадей осушались болота. «Принимались все меры по сохранению, увеличению и рациональному использованию природных богатств страны независимо от того, о чем шла речь — о добыче полезных ископаемых или лове рыбы».
На новую, более высокую ступень поднялись сельское хозяйство, торговля, ремесла — словом, вся экономическая жизнь страны, — что позволило поддерживать на определенном уровне благосостояние ее жителей, несмотря на значительное увеличение размеров самого государства. Обновленное Остготское королевство было полно, если можно так выразиться, юношеского задора и за очень короткий промежуток времени достигло небывалых темпов развития. А поскольку, как уже говорилось, римляне привлекались к работе в органах самоуправления наравне с готами, то в широких римских кругах очень скоро примирились с фактом единоличного правления Теодориха. Дело зашло настолько далеко, что некоторые римляне и это вызывало вполне заслуженные насмешки Теодориха — начали стараться внешне походить на готов: в одежде, прическах и т. д. Можно сказать, что из всего латинского населения страны крайне враждебно по отношению к готам была настроена лишь одна (правда, обладавшая довольно заметной властью) группа, а именно сплотившиеся под флагом крайнего национализма знатные латифундисты. Но и им было невыгодно препятствовать неуклонному росту процветания страны в обстановке мира и порядка. И в течение очень многих лет после смерти короля-еретика — когда его народ даст последний отчаянный бой за свое существование и уже потеряет Равенну — ортодоксальные священники будут с благодарностью и грустью вспоминать то воистину счастливое время. Один из таких священников, Аноним Валесиан, который родился, может быть, в уже ставшей императорским городом Равенне, оценил времена правления Теодориха весьма примечательными словами:
