На миг Уолдо не ощущал ничего. Он, неожиданно, познал чистое спокойствие и безмятежность, предвкушая вкус смерти. Закрыл глаза и просто ждал. Ждал, наконец, своего конца. Ждал, как вдруг через веки просочился свет. Уолдо открыл глаза и увидел перед собой образ, напоминающий человека. Лицо его закрывал туманный свет – оно было размыто, но Уолдо понимал одно – что более великого он в жизни не встречал. И ему было даже не важно, кто он, и зачем он здесь, и как появился вообще. Уолдо просто видел его и не задавал лишних вопросов самому себе. В момент, когда Уолдо находился на грани жизни и смерти, ему могло привидится всё, что угодно. Но этот образ, будто, придавал ему сил. Он напоминал Уолду о чём-то очень важном, о том, что он забыл. Постепенно образ исчезал, и боль возвращалась к нему, он снова стал видеть. И впервые за всю жизнь он ощутил адское желание убивать.
Закончив выжигать седьмой круг у Уолда на спине, все без исключения почувствовали страх. Трое из старейшин прекратили ритуал и замерли, выглядывая по сторонам источник. Король и воины насторожились, задержав дыхание насколько это было возможно. Даже граждане почувствовали некий импульс вокруг себя, покрываясь мурашками по всему телу. За их ушами словно кто-то шёпотом навевал страх. Никогда ни у кого не было такого ощущения грядущего мрака. И эту тишину, затаившуюся в сердцах каждого, нарушил треск. Трещал камень, будто разрывался, и сначала никто не мог понять где. Пока, случайно, главный из старейшин не увидел, как Уолдо под грохот тишины тянет на себя цепи, держащие его руки. И, в момент, когда он хотел предупредить всех, Уолдо с грохотом вырвал цепи и от напряжения они разорвались у него на руках, высвободив его от оков и разбросав в стороны старейшин. Осколки раскинуло по сторонам, вызвав панику у солдат и немаленькую у граждан, которые убегали от падающих обломков. Освободившись, Уолдо стоял неподвижно, опустив голову, пока все остальные выхватывали мечи и мчались в стороны от него. Ритуал был полностью прерван.
Взгляд Уолда устремился на принца верхнего государства, который в оцепенении стоял впереди всех. Помчавшись к нему, Уолдо наскоком выхватил меч у короля этих мест и вонзил принцу прямо в грудь.
– Вы мне говорили, что он не умеет пользоваться своей силой! – Накричал король на старейшин. – А что по-вашему это?
– Без практики невозможно открыть врата, тем более с семью ключами на спине. – Старейшина боялся что-либо ответить, мямля себе под нос.
Это была не его сила, чужая. Глаза налились кровью, а сердце желало изувечить всех, чтобы больше к нему не подходили. Он хотел воплотить в жизнь все те ужасные сказки, которые врали о нем. Однако, принц был единственный, кого в полной мере коснулись первые капли ярости Уолда, копившиеся столько лет. Следующей целью глаз выбрал главного старейшину, чьё невежество даже сейчас не понимало всю тяжесть этой ситуации. В потуге ярости, Уолдо снёс всех, кто был рядом и побежал прямо к нему, выкидывая по пути первого, второго, третьего старейшину. Но тот направил на него руку, с всё тем же, живым железом и мощным импульсом снёс Уолда, да так, что он упал с башни прямо вниз. Народ с криками стал бежать, хотя находились они не близко. Уолдо встал и желал подняться, не утолив свою ярость, но вместо этого помчался к своей цели.
– Схватить его. Не дать ему уйти. – Кричал король своим войскам с верхушки замка.
Те двинулись на него, но это не помогло. Они отлетали, словно игрушки. Ничего не могло остановить Уолда и помешать ему пройти через груды валунов, а затем взобраться по скале прямо к тому разъёму, который на сей раз был открыт. Он второй раз в жизни пробирался по этому тёмному туннелю, но на Уолда нахлынули те же чувства, что и тогда. Пройдя по нему, он стал взбираться по проходу вверх, по которому падал не одну минуту. Всё выше и выше он взбирался, пока, наконец, не увидел свет и кору давнего дерева. Он даже не заметил, как та яростная сила уже давно покинула его. Взглянув последний раз на дерево, он больше не желал к нему приближаться и побежал прочь, с десяток раз оглядываясь по пути, не видя своих слёз. Пробежав поле и вбежав в лес, он остановился, напоследок бросив взор на мёртво-живое дерево, раскачивающееся на ветру. Место, державшее его в плену столько лет, будто гордилось своей работой. Но, как только Уолдо выбрался из этого ада, он уже не казался ему таким уж ужасным, как в его мыслях все эти годы. Уолду казалось, что дерево будет ждать его вновь и это навевало страх, что так и будет. Улыбнувшись впервые искренне радостной улыбкой, Уолдо жалел лишь о том, что не попрощался с друзьями, редкими для него в том мире. Ему казалось это предательством, но возвращаться он не стал, а побежал дальше.
