Российскому читателю впервые предоставляется возможность ознакомиться с творчеством британского философа Стивена Приста – его книгой "Теории сознания". По жанру эту книгу можно охарактеризовать как историческое и теоретическое введение в философию сознания (philosophy of mind). В своей книге Прист сделал попытку рассмотреть и систематизировать основные точки зрения на проблему сознания, высказанные в истории мировой философии. Написана книга ясно и доступно, при этом она рассчитана не только на широкого читателя, но и на специалистов в области философии сознания, истории философии, когнитивной науки, психологии, искусственного интеллекта. Перевод А.Ф.Грязнова
Я написал данную книгу, поскольку наше собственное существование научно не объяснимо. Необходимо рассмотреть философские теории того, чем мы являемся, ибо физика, химия, биология и сциентистская социальная наука не отдают должного жизненной человеческой реальности нашего собственного бытия.
Важно осознать, что это не просто случайный факт, касающийся отношения между естественной наукой и нашим собственным существованием. Дело отнюдь не обстоит таким образом, будто ваше существование может быть объяснимо, просто если вы будете больше заниматься одной только наукой. Это будет означать внедрение "ненаучной" веры в прогресс науки. Несмотря на огромный успех науки в сфере объяснения природы за последние четыре или пять столетий благодаря парадигмам Галилея, Ньютона, Дарвина и Эйнштейна, наука далеко не всегда объясняет движущуюся материю. Наука достигает успеха в объяснении чего-либо в той мере, в какой это является физическим объектом или, в сущности, связано с физическими объектами. Поэтому-то нам необходимо знать, являемся ли мы физическими объектами. Я полагаю, что, хотя весьма очевидно наличие у нас тел, было бы упрощенным и неадекватным идентифицировать себя со своими телами.
Естественные науки, с одной стороны, и описания того, что существенно для человеческой реальности, – с другой антитетичны. Конфликт между наукой и нашим собственным существованием есть конфликт между понятиями, существенно важными для некоторых центральных проблем философии.
Наука обращается со своим предметом как с физическим, но мы ведь обладаем не только физическими свойствами. Например, в данный момент вы осознаете эти слова. Другие мысли находятся на периферии вашей психики. Вы находитесь в определенном настроении или испытываете определенные эмоции. Мы уклонимся от сути дела если будем нелогическим и ненаучным путем настаивать на том, что ментальное есть физическое. Prima facie[1] невозможно не считать, что ментальное не есть физическое (Сколько весит эмоция? Является ли сожаление твердым, подобно куску железа?). Науке нечего сказать о психологической глубине.
Наука в целом детерминистична, но мы, по крайней мере это выглядит так, обладаем свободой выбора. Наша свобода выбора, конечно, не предполагает значительную власть. Есть много вещей, которые любому из нас не по силам сделать (нам не хватает денег, физической силы, ситуация не та, и т.д.). Сказать, что у нас есть свобода выбора, значит сказать, что наш выбор не является неизбежным. Если мы выбираем, то могли бы выбирать иначе. Хотя, в соответствии с одними интерпретациями квантовая механика индетерминистична, а в соответствии с небольшим числом других она представляет собой теорию хаоса, наука в целом детерминистична. С научной точки зрения причины с необходимостью обусловливают свои действия. Но это prima facie несовместимо со свободной человеческой волей. Наука объективна, но наше собственное существование субъективно. Если вы занимаетесь наукой, то это требует вынесения за скобки – или воздержания от – вашей собственной субъективной точки зрения, так чтобы могли делаться открытия или фиксироваться данные, не искаженные личными эмоциями или политическими предрассудками. Это восхитительно и отчасти служит объяснением успеха науки в получении предсказательного контроля над физическими объектами. Тем не менее для того, чтобы понять самих себя, необходимо рассмотреть как раз эту субъективную, или Вашу собственную, точку зрения. Чтобы понять самих себя, нам следует понять все, что не учитывает наука. А это требует понимания субъективности. Ученый должен объяснить ученого.
В науке нет места для темпоральных категорий прошлого, настоящего и будущего. Физика имеет дело с порядком "до", "одновременно с" и "после". Чтобы понять, что "до", "одновременно с" и "после" не означают прошлое, настоящее и будущее, обратим внимание, что "прошлое" означает "до сейчас", "будущее" означает "после сейчас", а "сейчас" означает "когда я есть" или "когда я говорю (или думаю) это". Это субъективные, или самоцентрированные, понятия. "До", "одновременно с" и "после" являются объективными отношениями, которое могли бы иметь место, если бы не было сознательных существ. Прошлое – всегда чье-то прошлое. Будущее – чье-то будущее. Настоящее – чье-то настоящее. Науке нечего сказать о человеческом, времени.
