— Ты выглядишь нелепо, — сказал он, когда больше не мог сдерживаться.
— Уф… — Я застонала, роняя окровавленную рубашку. — У меня есть время на самый быстрый в мире душ? — Я уже знала ответ, и мне не следовало даже утруждать себя расспросами.
— Прости, любимая, — сказал Бастиан. Он протянул мне длинное белое платье, и я съежилась от того беспорядка, в который собиралась его превратить. — Стая уже ждет больше часа. Луна высоко, и мы не можем больше откладывать.
— Я думаю, ты выглядишь восхитительно, — сказал Август низким голосом. Его глаза пробежались по мне, когда я стянула платье через голову и позволила ему упасть на мои изгибы. Он ухмыльнулся мне, сверкнув несколькими своими острыми зубами. — Ты выглядишь идеально.
— Она выглядит так, словно могла бы оторвать мне голову, а потом станцевать на моем трупе, — размышлял Меррик. Мы все посмотрели на него с удивлением, когда он пожал плечами и добавил: — Что лично я нахожу чертовски сексуальным.
Я тяжело вздохнула, нервы начали копиться у меня в животе, как маленькие жужжащие пчелы. По иронии судьбы, я чувствовала себя совершенно непринужденно, пытая своего врага, а затем трахаясь в луже его крови, но от мысли о том, чтобы предстать перед всей стаей, у меня подгибались колени.
Они терпеливо ждали меня, пока я собиралась с мыслями, но после слишком долгого промедления бросила последний взгляд на труп Карсона, напоминая себе, на что именно я была способна. Затем, расправив плечи, направилась к лестнице, парни следовали за мной по пятам, решив покончить с этим и ответить за свои поступки.
Мы прошли через пустой дом. Ни один свет не горел, и все было тихо, до жути. Ребята последовали за мной, когда я схватила свечу на столбе с высокого столика, расположенного рядом с широко открытой входной дверью. Пламя уже разгорелось, и я решила, что в очередной раз должна поблагодарить за это Кейт.
Выйдя на улицу, под легкий ветерок и сияющий белый лунный свет, мое платье закрутилось вокруг лодыжек. Мои волосы уже почти высохли, и я знала, что, вероятно, выгляжу как ходячий кошмар, но, несмотря на это, поймала себя на том, что улыбаюсь.
Впереди, сквозь деревья, я могла видеть мягко мерцающий свет. Он был золотистым и мерцал сквозь густые заросли, как маяк. Мое сердце бешено заколотилось в груди, но через мгновение заметила, что это было возбуждение, а не страх.
По лесу разносился гипнотический грохот барабанов, который чувствовала глубоко в своих костях, когда мы приближались к золотому свету. Все в этой ночи казалось тяжелым, священным. Хотя я все еще не могла назвать себя истинно верующей в Селену, Богиню Луны, должна признать, что глубоко внутри меня что-то шевельнулось, что-то неземное, чего не могла объяснить. Все, что знала, это то, что это казалось правильным.
Я могла чувствовать присутствие моей пары позади меня и присутствие моих избранных партнеров рядом с ним, как одно целое. В этот момент я поняла, что отныне так и будет — они были моими, а я — их, всегда.
Под моими ногами были разбросаны лепестки красных роз, образуя дорожку, освещенную луной. Мы взобрались на небольшой холм, и, оказавшись на самой вершине, я увидела простор озера, сияющего, как черное стекло, насколько хватало глаз. Луна красиво отражалась на его поверхности, не было видно ни ряби, ни волны, и даже ветер, казалось, стих, когда я остановилась.
Всего минуту назад мне казалось, что мое сердце вот-вот вырвется из груди, в тот момент, когда я остановилась и увидела толпу людей, собравшихся у подножия холма, все, что могла чувствовать, было спокойствие. Сегодня вечером здесь были не только оборотни Кровавой Луны. При виде вампиров Ноктюрн, одетых в свои лучшие наряды, мои глаза защипало от слез, которые я изо всех сил пыталась сдержать.
Я почувствовала, как парни ухмыляются. Понятия не имела, что сегодня здесь будет весь ковен. У озера собралось, должно быть, сотня или больше вампиров, некоторые из них даже стояли по щиколотку в теплой воде. К ковену примыкали знакомые лица Стаи Кровавой Луны, они лучезарно улыбались мне, такие совершенно открытые и приветливые, когда Август гордо подошел ко мне.
— Не хочу показаться задницей или что-то в этом роде, — сказал Меррик, нарушая тишину. Я посмотрела на него через плечо, когда он драматическим жестом указал на
Я фыркнула, когда Фауст ударил Меррика по затылку. Бастиан закатил глаза, а Атлас только ухмыльнулся.
Обернувшись, я наконец-то увидела ведьм и колдунов. Их было, должно быть, около двадцати человек, включая патриарха Аллистера, который, к моему удивлению, лучезарно улыбался мне. Их глаза сияли драгоценными камнями на фоне темного озера, и вместо свечей в виде столбов, которые держали все остальные, каждый из Найтингейл держал в своих ладонях маленькие шарики яркого света и энергии. Результат был великолепен. Ленты света танцевали на темных деревьях, и в воздухе потрескивала магия.
