— Сейчас парни из резерва отсигналят что готовы и поедем. — Водитель кивнул, открыл окно, и высунувшись посмотрел на смятый бок. — Ерунда. Задняя левая ушла. Сегодня заменю, и будет как новая.
— Судя по всему американцы постучались? — Предположил Никита.
— Да, в их стиле. — Водитель наконец увидел в зеркале, что сопровождение готово, и тронул машину. — А вас, Никита Анатольевич, совсем не смущает наличие охраны?
— А должно? — Никита усмехнулся. — Защитить я себя сумею и сам. Но если моей стране для каких-то целей нужно чтобы рядом со мной ходили сотрудники КГБ, то как я могу отказать? Вы не досаждаете мне нотациями, не учите жить, и не выскакиваете из кустов, пугая моих подруг. Так что если это нужно вам, то добро пожаловать.
История про то, как два шведских дипломата решили устроить дорожно-транспортное происшествие, при этом имея при себе оружие и набор сильнодействующих ядов, стала предметом для беседы посла Швеции Улофа Линдгрёна, и министра иностранных дел, Андрея Андреевича Громыко, в ходе которой послу становилось то жарко, то холодно, а местами вообще хотелось уехать в деревню, и забыть про всю эту чёртову дипломатию.
И конечно же означенные сотрудники представительства в тот же день покинули территорию СССР, оставив на память о себе набор совсем не тривиальных веществ и инструментов.
Особенно радовались нежданному подарку сотрудники технического управления, ведь только что поступившие в западные разведслужбы фотоаппараты Минокс, и портативный детектор лжи, на новейших аппаратных решениях, могли вообще никогда не доехать до России.
Но вот повторить его не имелось никакой технической возможности. А штука выглядела крайне полезной. Но что там десяток или более приборов, когда в тему крепко влезли криптографы, со своим проектом портативного шифратора, и следом кибернетики, которым вообще требовались микросхемы миллионами штук, и как можно быстрее. Поэтому на секретном заседании Совета Обороны, теме придали статус государственной программы, и разными путями поехали в Европу, общительные и компанейские мужчины и женщины, весьма интересующиеся микроэлектроникой.
Производство микросхем ещё не стало секретной технологией, и буквально в течение пары месяцев вся технологическая цепочка компании Advanced Semiconductor Materials, стала частью советского проекта производства полупроводниковых интегральных схем народнохозяйственного и военного назначения. Естественно секретного, и поэтому ни советских лазеров, ни многослойных зеркал для экстремального ультрафиолета компания ASM, уже получить никак не могла.
Свадьбу сестры отгуляли скромно, но с чувством. Молодым надарили подарков разной степени полезности, Василиса Матвеева — подруга Вари, вновь попыталась соблазнить Никиту, но тот предпочёл не заметить её намёков.
В Москве с жильём вообще дело обстояло не очень хорошо. Далеко не все могли себе позволить кооперативную квартиру, а очередь на государственное жильё могла тянуться и пять, и десять лет, в зависимости от учреждения где трудился соискатель. А жильё в центре стоило втрое от цены кооператива, и так просто ещё и не приобрести. А тут, подросток, и уже со своей трёхкомнатной квартирой! И это сносило последние барьеры у московских мамочек, раз за разом запускавших своих дочерей, на орбиту вокруг Никиты.
Но виновник помешательства взрослых и уважаемых людей, предпочёл тихо смыться, как только свадьба вошла в самоподдерживающийся режим.
Но поехал не домой, а к Университету, и вышел на обзорную площадку, где долго стоял, любуясь ночной Москвой.
В День Абитуриента, по Ленинским Горам, вовсю гуляла молодёжь, успешно сдавшая экзамен, и сейчас свежеиспечённые первокурсники, бродили весёлыми толпами, перебегая от компании к компании, пели песни под гитару, подпевали магнитофонам, знакомились, стихийно образовывая танцевальные площадки.
Чуть поодаль группа парней и девушек горланила «Образованные просто одолели!» а слева, пара задорно танцевала какой-то быстрый танец типа румбы.
Группа молодых людей, вышедшая к ограждению смотровой, шумно смеялась, чему-то что рассказывал высокий парень в рубашке, с короткими рукавами брюках и сандалиях.
— И я вижу, что вопрос другой, но всё равно рассказываю про пугачёвское восстание, словно морок какой напал. И подробно так. Экзаменатор слушает, кивает, соглашается, и я уже начинаю думать, что проскочило, но он дослушал и спокойно так: а всё же что по царствованию Павла Первого? Но всё равно четвёрку поставил.
— Повезло. — Одна из девушек, рыжеволосая, в белых облегающих брючках, туфельках на высоком каблуке и белой кофточке — размахайке, покачала головой. — А Мишка который приехал поступать из Киева, тот срезался.
— Да много кто на истории слетел. — Вторая девушка с кудряшками каштанового цвета, в красном платье и с маленькой сумочкой, на боку, подошла ближе к ограждению. — Я сама чуть не улетела на сочинении. Чудом проскочила…
