Я взялся за проблему — как на основании этой модели вычислить технологии, важные для будущего. Речь шла не только о реализованных технологиях, но и о потенциальных, идеи которых были лишь опубликованы в статье или патенте.
Увлекательная задача — указать на малоизвестные, но ценные идеи, которые нуждаются в поддержке. Учёные получили бы надёжный способ определения перспективности своих работ.
Я разрабатывал программу оценки перспективных технологий восемь лет. Ещё два года самый мощный компьютер Дарнеги-центра анализировал всемирный банк данных научных и технических публикаций. К сожалению, удалось сделать немного — краткосрочная и неточная модель социопрогноза накладывала слишком сильные ограничения. Предсказание могло охватить не более 70 % технологий 3-го уровня. Но всё-таки удалось составить список восьмидесяти восьми технологий, которые я назвал бифуркационными. Программа определила не только технологии, но и — в случае уже опубликованных работ — людей, которые являлись ключевыми фигурами для данных открытий.»
Никки ахнула и посмотрела на Джерри. Тот стоял и, хмурясь, читал письмо отца.
В это время Дарнеги-центр перешёл под управление корпорации ЗороастрИнк — попросту был ею куплен. Мне не показалось это существенным — я был учёным, и организационные дела института меня не интересовали.
Но ЗороастрИнк стала активно вмешиваться в дела центра: часть проектов была закрыта, а ряд программ, наоборот, получил дополнительное финансирование.
Моя тема была одобрена. Более того, список-88 вызвал бурную реакцию среди руководства ЗороастрИнк и был засекречен — вопреки моему мнению. Оказалось, что, согласно закону и условиям продажи Дарнеги-центра, все результаты, полученные в центре, являются собственностью ЗороастрИнк.
Мне предложили заняться улучшением списка-88. Но я уклонился, объяснив, что серьёзное усовершенствование списка бифуркационных технологий невозможно без кардинального улучшения модели социопрогноза. Мне разрешили работать над этой сложной и малообещающей — именно из-за своей сложности — задачей. Я был доволен, что ушёл от закрытой, и ставшей прикладной, темы в фундаментальную и незасекреченную — потому что до практических результатов было ещё очень далеко.
Я разрабатывал матаппарат социомоделирования десять лет и доказал, что существующий прогноз можно сделать математически более совершенным. Эти изящные результаты составили книгу «Битва за историю», которая получила некоторую известность в кругах специалистов. Конечно, эту работу я собирался продолжить и в будущем.
