А. Я. Флиер,[216] о котором мы уже говорили, предлагает в процессе исследования социокультурной динамики учитывать также фактор социокультурной деструкции. Он определяет ее как процесс снижения уровня системно–иерархической структурированности, сложности и полифункциональности культурного комплекса какого–либо сообщества в целом или отдельных подсистем этого комплекса, т. е. полной или частичной деградации данной локальной культуры как системы. По его мнению, всякая локальная культура включает в себя и определенный пласт внесистемных явлений («маргинальных полей» и других феноменов), хотя ее социально интегрирующее ядро представляет собой сравнительно жестко структурированную и иерархизированную систему ценностных ориентаций, форм и норм социальной организации и регуляции, языков и каналов социокультурной коммуникации, комплексов культурных институтов, стратифицированных образов жизни, идеологии, морали и нравственности, церемониальных и ритуальных форм поведения, механизмов социализации и инкультурации личности, нормативных параметров ее социальной и культурной адекватности, приемлемых форм инновативной и творческой деятельности и т. п.
Социокультурная деструкция ведет к дисфункции целостности и сбалансированности культурной системы, что приводит к понижению возможности эффективного регулирования социальной жизни людей и нарастающей маргинализации населения.
Подводя итоги рассмотрению проблем социокультурной динамики, которые были представлены лишь в самом общем виде, следует отметить, что динамические процессы в культуре – явление многофакторное, они носят сложный характер, что обусловливает наличие плюралистических теоретических позиций у их исследователей. Построение моделей социокультурной динамики зависит от научной школы и времени их появления, от научных предпочтений исследователя и той познавательной задачи, которая в этом процессе решается. В той или иной степени модели направлены на понимание социокультурных изменений, которые позволяют более глубоко увидеть и понять смысл культуры как таковой.
В рамках осмысления социокультурной динамики, как было показано выше, развивались представления о разных типах культур, возникавших и исчезавших в истории человечества. Проблемы исторической типологии культур являются до сих пор актуальными в теоретической культурологии.
Итак, очевидно, что историю культуры в ее динамике исследователи видят по–разному, чаще всего – как смену во времени некоторых
Считается, что каждому крупному историческому этапу соответствует свой тип культуры. У историков и культурологов–эволюционистов давно выработано и до сих пор действует деление культур на первобытную, культуру древних цивилизаций, средневековую, культуру эпохи Возрождения, Нового времени и современную (индустриальную и постиндустриальную).
Согласно марксистской концепции истории культуры, в основании такого деления – различия в характере орудий труда, способах производства и отношениях между людьми, складывающихся в процессе производства (рабовладельческих, феодально–крепостнических, буржуазных). Эти отношения в конечном счете определяют особенности культур разных типов.
Такая историко–культурная типология принята в истории европейской цивилизации и не учитывает, или слабо учитывает, региональную специфику культур. Поэтому такую типологию обычно дополняют делением культур на Западные и Восточные, реже – на культуры Севера и Юга.
Правда, есть и попытки типологизировать культуры более комплексно, исходя из своеобразия места их развития (климата, ландшафта и т. д.) и основных типов хозяйствования, а также в других вариантах типологизации.[217]
Тогда более или менее отчетливо выделяются типы охотничье–собирательских культур, скотоводческих, земледельческих. Причем последние иногда подразделяются на речные земледельческие, земледельческие морские и, вместе с тем, торговые. Для всех охотничье–собирательных культур характерны хозяйство присваивающего типа и целый ряд особенностей, определяющих их типологическое единство.
