— Фух, — я вытер виртуальный пот. И с гордостью посмотрел на почти свое собственное творение. Плетение получилось гораздо лучше основы с которой было взято. За счет программных императивов получилось добавить самонаведение и кратно поднять мощность и скорость атаки Пространственного шторма. Чистота линий узора была близка к максимально возможной и поэтому почти не было паразитных потерь энергии. А значит и затраты магии удалось снизить. И самое главное — у меня по факту появилась кнопка убить врага на быстром доступе. Время отклика стало всего пару секунд. И с годами будет только улучшаться.
И во всем этом порвавшемся мешке Деда Мороза была только одна, зато очень вонючая, ложка дегтя — накопить потенциал для использования столь полезной плюшки я смогу только через годы и годы. Даже приблизительно не знаю сколько понадобиться времени.
Слишком совершенное исполнение полу разумного конструкта несло в себе один недостаток. Развитие ауры для прямого использования должно достигнуть практически пика, какого я достиг только к своей смерти там.
— Ну и ладно, — все же перестал я себя жалеть. И погладил впавшее в долгий летаргический сон полу разумное многоразовое плетение. — И так вышло очень круто. Не ожидал, что выйдет с этого хоть что-то хорошее. А поди ж ты. Никогда не знаешь, где найдешь и потеряешь.
Внезапно ритм источника сбился. Замер на секунду и в мою ауру хлынул ручеек магии.
— Что за? — неподдельно удивился. Откуда столько силы? Я что-то пролежал в коме до возрождения на Земле магии? Да быть такого не может.
Окружающая реальность зарябила и меня мощным потоком выбросило из состояния глубокого транса, в котором я находился до сих пор.
Я открыл глаза и меня разбил тяжелый кашель. На секунду показалась, что вместе с судорогами из меня полетят кровавые ошметки легких. Слишком много магии для моего слабого организма. Так и получают Владеющие шок, выжигающий каналы в ауре. Рядом мелькали какие-то тени и звучали человеческие голоса.
— Забе… — снова кашель, — те отсюда.
Не знаю какой силы воли мне стоило сдержать инстинктивные порывы снова вдохнуть воздух. Но я смог выдавить из себя такие нужные слова. Мне повезло. Кто-то смог разобрать мои слова-всхлипы. А главное сделать так, как я просил. И сильные руки подхватили меня.
— Держись, пацан.
Меня дернуло и через несколько секунд давление на организм спало. А я глубоко задышал, успокаивая бешено стучавшее сердце.
— Ты живой, парень? — мужчина в белом халате поднял меня на ноги и внимательно осмотрел.
— Еще не понял. Но еще пару минут в этой адской комнате и не уверен, что все бы обошлось. — я с трудом разогнулся. И осмотрел все окружающее пространство.
Как знакомо. Даже ностальгия где-то шевельнулась в моей загрубевшей душе. Я был в интернате Муромцева. И даже узнал еще малость не законченную комнату инициации. Ну да логично. Эти изверги в белых халатах приняли мой транс за кому, и засунули в нее с непонятно какими ожиданиями. Хотя понятно. И свои очередные малость безумные теории проверить. Ну и из принципа, что хуже не будет. И так уже пацан в коме.
Идиоты-теоретики, блин. Не реально повезло, что я уже все закончил к тому моменту с приручением паразита-проклятия. Иначе мог и не успеть.
— И кто такой умный засунул человека в трансе в комнату инициации? — я чувствовал себя не совсем адекватно из-за всех навалившихся за последние дни после моей смерти событий. Только этим могу объяснить мою несдержанность в словах. И тем, что я наконец попал в то место, что искренне считал домом.
— Здравствуй, Владимир, — вынырнувший из-за спины мужчина кивнул человеку в белом халате и медицинской маске, отпуская его. — И откуда ты знаешь, как называется самый секретный на данный момент объект в стране?
Я мысленно себя обругал. Вот нельзя расслабляться. Даже после смерти, как показывает практика. Что делать? Да рассказывать. Что еще-то. Но не все. Некоторые вещи им знать не обязательно. Те, которые от них и сегодняшней власти зависит не будут.
— Здравствуйте, Александр Львович, — я протянул руку пожилому ученому, много для меня и вообще страны сделавший в том будущем, о котором здесь знаю только я. Пока только я, судя по любопытному взгляду ученого. — А вы мне и расскажете. Через год приблизительно. Ну не только мне. А всему набранному вами потоку.
— То есть ты хочешь сказать, что ты каким-то образом пришел из будущего? — для посторонних профессор был бы образцом невозмутимости. Но по спешно доставаемой тряпочке для протирки очков я понял, что Муромцев в крайней степени изумления.
— Не сам пришел. Так получилось. — я почувствовал в желудке воющую пустоту и поморщился. — Это разговор не на пять минут. И извините за мой солдатский жаргон, но жрать хочу больше, чем летчик — летать. А с вами мы еще обязательно побеседуем.
— Хорошо, — видимо Муромцеву самому требовалось над всем хорошо подумать, прежде чем делать хоть какие-то выводы. — Пошли. Провожу до столовой.
