С квартирой повезло. Не сразу, конечно. На активные поиски ушло целых две недели. Каждый вечер после работы Козырев объезжал несколько адресов. Варианты приходилось выискивать всеми доступными способами. Часть из них предлагали многочисленные риэлтерские агентства. Некоторые удавалось «откопать» на просторах Интернета. Кое-какие предложения попадались в газетах бесплатных объявлений. Почти все квартиры были непригодны для проживания: запущенные, грязные, с обвалившейся плиткой, протекающей сантехникой, вздувшимися полами и гроздями оборванных, висящих обоев, из-под которых виднелись раздавленные клопы и экскременты прочих насекомых. Начинать самостоятельную жизнь в таких условиях представлялось немыслимым. Плюс ко всему за эти «клоповники» хозяева просили какие-то нереальные деньги.
Уже почти отчаявшись, Арсений поехал смотреть очередную квартиру в десяти минутах пешком от станции метро «Щелковская». Лаборатория Сафина, а следовательно, и штаб-квартира научной группы «Вихрь» располагались там же. Он удивлялся, почему раньше не догадался искать квартиру не в центре, а неподалеку от работы, тем более что стоимость аренды на окраинах города была значительно меньше, а предложения в огромных спальных районах, наоборот, изобиловали многообразием.
Небольшая однокомнатная квартирка не претендовала на изысканную роскошь, не отличалась стилем дизайнерских интерьеров, но зато была вполне функциональна, а скромный, недавно произведенный хозяевами косметический ремонт, создавал ощущение чистоты, свежести и аккуратности. Цена немного превышала ожидаемую, но Арсению удалось договориться о скидке. Хозяевам – пожилой супружеской чете – понравился юноша. Они совершенно разумно сочли, что молодой ученый с московской пропиской, без детей, без домашних животных, без вредных привычек является идеальным жильцом. Наличие девушки тоже обрадовало стариков – значит, не будет приглашать кого попало.
Переехали легко и быстро. Компьютер, музыкальный видеоцентр, несколько книг, чемодан одежды, пара комплектов постельного белья, подушка, одеяло да зубные щетки. Вот и все имущество. Необходимая на первое время посуда нашлась в съемной квартире.
Они забрались с ногами на диван в своей новой квартире, впервые в жизни ощущая себя полноправными хозяевами, взрослыми и самостоятельными людьми. Вика забилась к Арсению под бочок. Положила его руку себе на плечо. Эта нехитрая поза позволяла ей почувствовать себя полностью защищенной от всех мировых невзгод и неприятностей. Юноша включил видеомагнитофон.
– Что мы сегодня будем смотреть? – спросила Вика.
– Знаменитый фильм, который ты, к твоему стыду, еще не видела. Тебе понравится, можешь не сомневаться. Правда, есть одна проблема.
– Какая проблема?
– Как у тебя с английским?
– В школе проходила.
– Я так понимаю, прошла мимо?
– А тебе зачем?
– Просто фильм в оригинале, без перевода.
– Нет! Я ничего не пойму. Так неинтересно.
– Не волнуйся, я тебе буду переводить. Все что надо – поймешь. А фильмы следует смотреть на том языке, на котором их снимали. В оригинале, так сказать. Иначе как ты сможешь верно оценить игру актеров?
– Ну я не знаю…
– Собственно, больше все равно ничего нет. Так что либо смотрим, либо нет. Ну, решайся!
– Ну ладно.
– Хорошо, – улыбнулся Арсений и нажал на кнопку «Пуск».
– Так как он называется-то?
– Pretty Woman.
– Переводи!
– Ну типа: «Та еще штучка».
Прошло несколько первых кадров, но юноша хранил молчание. Вика, не дождавшись обещанного перевода, спросила:
– Ну, и чего там такое происходит?
– Пока ничего не происходит. Не видишь, вечеринка. Мужик ходит, ищет своего друга.
– А это кто такой?
– Это Ричард Гир.
– Сама вижу, что это Ричард Гир. По фильму кто это?
– Главный герой.
– И о чем он разговаривает?
– С девушкой своей ругается.
– Зачем?
– Видно, такая уж девушка. Кроме как поругаться с ней, больше ни на что не годится.
– А теперь целует какую-то девушку.
– Ага! Эти американские девушки такие доступные… Демократия. И равноправие полов, что ж ты хочешь. Там если ты не поцелуешь девушку – все, сразу статья, дискриминация по половому признаку. Или никого не целуй, или уже тогда каждую. Вот и приходится бедным мужикам целовать всех подряд.
– Я у тебя что, весь фильм должна выпытывать перевод? Может, ты сам уже начнешь мне что-нибудь рассказывать?
– Да успокойся! Смотри кино. Все, что надо, я сам тебе скажу. Если не говорю, значит, ничего интересного.
– Но мне хочется знать, о чем они говорят.
– Они говорят о всякой фигне. Это же Голливуд, тут в фильмах полно всякой фигни, которая никак не влияет на сюжет. Сиди и смотри тихо! Цыц! Не отвлекайся.
Арсений грозно посмотрел на Вику и погрозил ей пальцем, но наконец-то начал комментировать сюжет картины.
– Вот видишь, он хочет угнать машину. Так и говорит:
– Я хочу угнать эту машину. Вон тот мужик сказал мне, что она лучшая из всех, что есть на этой стоянке. Но в ней нет ключей, мне придется выдернуть провода и соединить их напрямую.
