– Поднимите руки те, кому достаточно четверки.
Еще пятеро стремительно взметнули руки кверху. Светланы среди них не оказалось. Девушка упорно и настойчиво продолжала готовиться к ответу. Арсению доставляло удовольствие наблюдать за психологией своих учеников. Очевидно, многие из них втайне жалели, что не согласились на халявную тройку. Что же, их смелость и вера в собственные силы была вознаграждена с лихвой. Но срежиссированный Козыревым спектакль еще не завершился.
– Ну что же, – вновь произнес он, отложив в сторону зачетки хорошистов, – остальные, я так понимаю, получают «отлично».
Услышав эти слова, Симонова подняла голову и удивленно уставилась на Козырева. Тот смотрел на нее в упор и лукаво улыбался одними уголками глаз. Но она заметила эту ироничную улыбку. Стойко выдержав его взгляд, Света громко на всю аудиторию воскликнула:
– Арсений Павлович, я вас люблю!
Фраза прозвучала настолько естественно в сложившихся обстоятельствах, что никто не обратил на нее никакого внимания. Кроме самого Арсения. Все были настолько возбуждены неожиданным освобождением от тяжкого груза, что пребывали в состоянии сильнейшей эйфории.
– Арсений Павлович, а можно передумать? – поинтересовался Сергей Голиков, который опрометчиво согласился на четверку.
– Нет, передумать нельзя. Что выбрал, то выбрал. Поезд ушел.
– Не, ну я так спросил, на всякий случай. «Чем черт не шутит, пока Бог спит». Сегодня, похоже, любые чудеса возможны.
Все засмеялись, стали наперебой поздравлять друг друга и бурно выражать свою радость. Возле преподавательского стола собралась очередь, ожидающая, пока Козырев занесет оценки в зачетки. Он писал медленно, наслаждаясь произведенным эффектом. Будто старался запечатлеть приятный момент надолго в своей памяти.
Козырев вышел из университета и направился к своему автомобилю. Света появилась так внезапно, словно выросла из-под земли, Арсений даже не успел понять, где она перед этим пряталась. Преподавательская стоянка располагалась напротив автобусной остановки, на которой почти вся счастливая группа дожидалась автобуса. Козырев галантно открыл перед девушкой дверь, только после этого демонстративно сел сам на водительское место. Машина завелась, вырулила со стоянки и с эффектной пробуксовкой умчалась прочь. Толпа на остановке наблюдала за происходящим с огромным любопытством и с еще большим удивлением. Арсений с улыбкой спросил попутчицу:
– Любишь эпатировать публику?
– Тебя что-то смущает?
– Меня нет! Мне-то чего смущаться, мне такая репутация только на пользу.
– А мне все равно, что они подумают. Расскажи-ка мне лучше, что это было сегодня? Ты меня поразил, никак не ожидала такого!
– Ну а что, собственно, тебя удивляет? Я могу сказать со всей определенностью, если бы я принимал экзамен по всем правилам, то сегодня, возможно, лишь пара оценок была бы другой, да и то отличалась бы не более, чем на один бал.
– Да?! Ты уверен?
– Уверен. Все, кто пришел сегодня на пересдачу, были так или иначе готовы. Никто в здравом уме не захотел бы испытать еще раз то, что было на первом экзамене. А уж коль скоро они потратили уйму времени и сил на подготовку, то не согласятся на более низкую оценку, чем сами себя оценивают. С другой стороны, синица в руках лучше, чем журавль в небе. Поэтому каждый сегодня оценил себя вполне объективно.
– Я думала, тебе доставляет удовольствие изгаляться над нами.
– Ну, может быть, в какой-то мере… Но это лишь приятный побочный эффект, – Козырев, широко улыбаясь, посмотрел на Свету. – На самом деле мне лишь требовалось внушить всем, что на халяву сдать экзамен не получится. Тех, кто сегодня пришел, я уже ничему большему не смогу научить. Так зачем людей мучить?
– Я тобой просто восхищаюсь! – искренне выпалила девушка.
– Ты тоже молодец. Приятно меня удивила. Не ожидал, что ты нацелишься на пятерку.
Света сделала вид, что пропустила комплимент мимо ушей, хотя ей было настолько приятно, что внутри все задрожало от возбуждения. Подождав, пока эмоции немного улягутся, дабы предательский голос не выдал ее чувств, она, придав фразе максимально безразличное выражение, произнесла:
– Да, но больше этот трюк не прокатит. Остальные будут знать, что ты ничего не спрашиваешь.
– Ну, умный человек поймет, что он просто упустил свой шанс, смирится с этим и будет готовиться к пересдаче. А если нет – что ж, придется его еще раз разочаровать.
– И на будущий год не получится…
– На будущий год придумается что-то новенькое. Скучно ведь постоянно использовать одни и те же приемы. Да и потом, до следующего года еще дожить надо. Я поменял и работу, и квартиру, так что ездить теперь сюда вечерами стало не очень удобно.
– Хочешь бросить университет?
– Пока не знаю, но буду думать.
Повисла пауза. Девушка внимательно осматривала интерьер автомобиля. Потрогала рукой подлокотники, пощупала переднюю панель. Нажала кнопку стеклоподъемника.
– Прикольная у тебя машинка.
– Это отцовская. Старенькая уже.
– А у меня нет прав. Но мне нравятся машины. Научишь меня водить?
