С каждым прожитым днем Козырев становился сильнее, способнее, увереннее в себе. Все больше возможностей становилось ему доступно. Имея постоянную практику, анализируя результаты повседневных экспериментов, он кое в чем даже превзошел те навыки, с которыми познакомился с самого начала в своих реальных сновидениях. Конечно, многое еще оставалось ему недоступным. Например, создавать предметы из воздуха пока не получалось. Воспарить ввысь, подняться над поверхностью земли без каких-либо приспособлений тоже оставалось за пределом его «магического» потенциала. Изначально, основываясь на рассказах Мусы Бурхана о сиддхах, он именно так и представлял себе всемогущество. Удивительная информация, поведанная старым йогином, надолго врезалась в его память и даже в чем-то определила направление для научного поиска. Но пока что нарушений физических законов не наблюдалось, хотя Козырев следил за этим чрезвычайно внимательно. Потенциальная возможность преодолеть силой человеческого разума незыблемые, фундаментальные положения мироустройства сейчас являлась для него тем камнем преткновения, который позволит, либо наоборот, не позволит двинуться дальше. Останется ли он навсегда в роли этакого баловня судьбы, везунчика, которому, конечно, многое дано в этом мире, но который вместе с тем все же существует в тех же самых строгих границах материальных законов вместе со всеми остальными. Или же предела не существует. Все барьеры мнимы, условны, и порождены исключительно лишь ограниченностью нашего разума, убогим воображением и недостатком веры.
Интуиция подсказывала ему, что именно так оно и есть, а косвенным подтверждением оставались все те же волшебные сны. Он твердо продолжал верить: что возможно во сне, достижимо и в реальной жизни, а следовательно, ему еще есть к чему стремиться. И хотя праздная жизнь неимоверно развратила, разленила его разум, пресытила тело, потенциальная возможность покорения новых вершин оставалась пока еще тем единственным стимулом, который заставлял думать, побуждал к чему-то стремиться и чего-то хотеть. Где-то глубоко внутри него еще жил тот, прежний Арсений Козырев. Едва теплившийся уголек его сильной, целеустремленной личности пока дремал в уставшем теле, надежно укрытый страстями и пороками. Но пока он продолжал тлеть, пусть несильно, едва-едва, задыхаясь в отсутствии необходимого для горения кислорода, все еще оставалась надежда на возвращение. Ведь любая струя свежего воздуха из новых идей и стремлений способна была в один миг снова раздуть пламя, разжечь из этого почти потухшего уголька неистовый душевный костер, уничтожающий все препятствия на пути к великой цели.
Человек, его душа, Бог внутри него сильнее законов природы! Вот какое утверждение могло бы вызвать эту столь необходимую струйку. Да что там струйку, бурю, смерч, ураган! Стоило только Козыреву заметить и надежно зафиксировать для себя факт нарушения физических законов при выполнении своих «заказов», это перевернуло бы с ног на голову всю его пресыщенную, скучную жизнь. Но пока ничего подобного не наблюдалось. А посему он лишь продолжал лениво присматривать за ходом исполнения желаний, с надеждой когда-нибудь, в будущем все же узреть вожделенный эффект, дабы вплотную подойти к эпохальному открытию.
Энергия – все дело в ней! Именно принцип ее минимизации проявляет пред нами тот набор видимых закономерностей, которые пытливые человеческие умы обратили в ранг научных, физических или иных законов, описали с помощью сухого и строго математического аппарата. Материя, бездушная пракрити, реализуясь в строгом соответствии с программой акашапраны, являет нам барьеры, кажущиеся непреодолимыми. Еще бы, ведь именно она и отвечает за чувственные ощущения, за доставку информации, за интерпретацию событий. Злоупотребляя априорными понятиями, этой мнимой, кажущейся очевидностью, она успешно формирует кокон нашей предубежденности. Но для реализации физических законов, законов майи все равно ведь требуется энергия, так почему бы не выделить ее чуточку больше необходимого минимума, и как знать, быть может, тогда отступит гравитация, а пищу и воду можно будет создавать буквально из ничего. Ведь струнам неважно, как именно вибрировать. Колебательная мода струны определяет вид элементарной частицы, те, взаимодействуя друг с другом, создают атомы, атомы объединяются в молекулы, и нате вам, господин человек, получите вещество, материю. Любую. Или чего еще вы там хотели?
