17. Эти вопросы возникают при применении к понятию морального чувства того типа исследований, которое провел Виттгенштейн в Philosophical Investigations (Oxford, Basil Blackwell, 1953). См. также, например, работу Г. Анскомб — G. E. M. Anscomb «Pretending», Proceedings of the Aristotelian Society, supp. vol. 32 (1958), pp. 285–289; работу Ф. Фут — Ph. Foot «Moral Beliefs», Proceedings of the Aristotelian Society, vol. 59 (1958–1959), pp. 86–89; работу Г. Питчера — G. Pitcher «On Approval», Philosophical Review, vol. 67 (1958). См. также работу Б. Уильямса — В. А. О. Williams «Morality and the Emotions», Inaugural Lecture (Bedford College, University of London, 1965). Могут возникнуть трудности с эмотивной теорией этики, как она представлена у К. Стивенсона — С. L. Stevenson. Ethics and Language (New Haven, Yale University Press, 1944). Дело в том, что она не может идентифицировать и различить моральное чувство от неморального. Этот вопрос обсуждается в работе У. Олстона «Moral Attitudes and Moral Judgements», Nous, vol. 2 (1968).
18. Всем этим параграфом, и даже самим предметом моральных эмоций вообще, я во многом обязан Дэвиду Заксу (David Sachs).
19. По этому поводу см. работу А. Шанда — A. Shand. The Foundations of Character (London, Macmillan, 1920), p. 55.
20. Милль замечает в работе On Liberty, ch. Ill, § 10, что в то время как следование строгим правилам справедливости ради других развивает социальную часть нашей природы, а следовательно, совместимо с нашим благополучием, ограничение этого процесса не из соображений об их благе, а из соображений об их неудовольствии, притупляет нашу природу.
21. В качестве примеров предполагаемых законов (иди тенденций) такого рода см. работу Г. Хоманс — G. С. Hornans. The Human Group (New York, Harcourt, Brace, 1950), pp. 243, 247, 249, 251. В более поздней книге, однако, явно вводится понятие справедливости. См. Social Behaviour: its Elementary Forms (New York, Harcourt, Brace, 1961), p. 295; применение теории изложено на с. 232–264.
22. По поводу этой теории демократии см. § 31, примечание 2, и § 54, примечание 18. Конечно, люди, развивавшие эту теорию, осознавали эти ограничения. См., например, работу А. Даунса — A. Downs «The Public Interests: Its meaning in Democracy», Social research, vol. 29 (1962).
23. См. работу Брауна — Brown. Social Psychology, p. 411.
24. См. Utilitarianism, ch. III, pars. 10–11.
25. Ibid., ch. 5, pare. 16–25.
26. См. введение Конрада Лоренца к работе Дарвина — Darwin. The Expression of the Emotions in Man and Animals (Chicago University Press, 1965), pp. xii — xiii.
27. Биологи не всегда различают альтруизм и другие виды морального поведения. Часто поведение классифицируется либо как альтруистическое, либо эгоистическое. Не так, однако, в работе Р. Триверса — R. В. Trtvers «Evolution of Reciprocal Altruism», Quaterly Review of Biology, vol. 46 (1971). Он проводит различие между альтруизмом и альтруизмом взаимности (или тем, что я бы предпочел называть просто взаимностью). Последний представляет собой биологический аналог кооперативных добродетелей честности и искренности. Триверс обсуждает естественные условия и селективные преимущества взаимности и способностей, которые ее поддерживают. См. также работу Г. Уильямса — G. С. Williams. Adaptation and Natural Selection (Princeton University Press, 1966), pp. 93–96, 113, 195–197. 247. Обсуждение взаимодействия (mutualism) между видами содержится в работе И. Эйбл-Эйбесфелдт — Elbl-Eibesfeldt. Ethology (New York, Holt, Rinehart and Winston, 1970), pp. 146, 292–302.
28. По этому последнему поводу, см. Trivers, ibid; pp. 47–54.
29. CM. Sidgwick. Methods of Ethics, p. 496.
30. Этот факт можно использовать для интерпретации понятия естественных прав. С одной стороны, он объясняет, почему уместно называть этим именем права, которые защищает справедливость. Эти требования зависят исключительно от определенных естественных атрибутов, присутствие которых может быть установлено естественным разумом, использующим обыденные методы исследования. Существование этих атрибутов и основанных на них требований устанавливается независимо от социальных конвенций и правовых норм. Уместность термина «естественный» заключается в том, что он предполагает контраст между правами, идентифицируемыми теорией справедливости, и правами, определенными законом и обычаем. Но более того, понятие естественных прав включает идею о том, что эти права приписываются в первую очередь людям, и что им придан специальный вес. Требования, от которых легко отказываются ради других ценностей, не являются естественными правами. Права, защищаемые первым принципом, обладают обеими этими чертами, учитывая правила приоритета. Так, справедливость как честность имеет характерные признаки теории естественных прав.