29. В различении обязательств и естественных обязанностей я опираюсь на работу Г. Харта — H. L. A. Hart
«Legal and Moral Obligations», in Essays in Moral Philosophy, ed. by A. I. Melden (Seattle, University of Washington Press, 1958), pp. 100–105; работу К. Уайтли — С. H. Whiteley «On Duties», Proceedings of the Aristotelian Society, vol. 53 (1952—53); а также на работу Р. Брандта — R. B. Brandt «Two Concepts of Obligation and Duty», Mind, vol.
73, (1964).
30. Прояснению этих моментов я обязан Р. Амдуру (Robert Amdur). Взгляды, согласно которым политические связи выводятся только лишь из согласованных действий, можно найти в работе М. Валцера — Michael Walzer.
Obligations: Essays on Disobedience, War, and Citizenship (Cambridge, Mass., Harvard University Press, 1970), pp. ix — xvi, 7—10, 18–21, ch. 5; и в работах Дж. Тасмена — Joseph Tussman. Obligation and the Body Politic (New York, Oxford University Press, 1960) и Ханны Питкин — Hanna Pitkin «Obligation and Consent I», p. 99'. Для дальнейшего обсуждения проблем теории согласия см. работу А. Гевирта — Alan Gevirth «Political Justice», in Social Justice, ed. R. B. Brandt (Englewood Cliffs, NJ, PrenticeHall, 1962), pp. 128–141; а также работу Дж.
Пламенаца — J. P. Plamenatz. Consent, Freedom, and Political Obligation (London, Oxford University Press, 1968).
В этой главе я обсуждаю философски предпочтительную интерпретацию исходной ситуации. Я говорю об этой интерпретации как об исходном положении. Я начну с наброска сути аргумента о концепции справедливости и объяснения того, как стороны должны выбирать некоторые альтернативы из определенного перечня традиционных концепций. Затем я описываю условия, которые характеризуют исходную ситуацию под несколькими углами зрения: обстоятельства справедливости, формальные ограничения концепции правильности, занавес неведения и рациональность договаривающихся сторон. В каждом случае я стараюсь показать, почему особенности предпочтительной интерпретации разумны с философской точки зрения. Далее мы естественно переходим к двум принципам справедливости и к принципу средней полезности, которые рассматриваются до того, как мы переходим к относительным преимуществам этих концепций справедливости.
Мои аргументы заключаются в том, что два принципа могли бы быть признаны, и в подведении оснований под эту точку зрения. Для прояснения различий между концепциями справедливости классический принцип полезности рассматривается еще под одним углом зрения, чем и завершается третья глава.
Интуитивная идея справедливости как честности заключается в том, чтобы рассматривать первые принципы справедливости сами по себе как объект первоначального соглашения подходящим образом определенной исходной ситуации. Это такие принципы, которые рациональные стороны, заинтересованные в продвижении своих интересов, должны были бы принять в этом положении равенства для установления основных положений о своей ассоциации. В этом случае следует показать, что два принципа справедливости представляют решение проблемы выбора, возникающей в исходном положении. Для этого надо установить, что если заданы обстоятельства сторон, а также их знания, верования и интересы, то соглашение по поводу этих принципов представляет наилучший путь для каждого человека в достижении своих целей при наличии доступных альтернатив.
Ясно, что никто не может получить всего, что он хочет; другие люди просто не допустят этого. Абсолютно лучший выход для каждого человека состоит в том, чтобы кто-нибудь еще присоединился к нему в продвижении его концепции блага, какова бы она ни была. Если человеку не удается это, то от всех других требуется, чтобы они действовали справедливо, а сам он мог по собственному желанию делать для себя исключение. Так как другие люди вряд ли согласятся на такие условия в ассоциации, подобные формы эгоизма будут отвергнуты. Два принципа справедливости, однако, кажутся разумным предложением. И я хотел бы показать, что эти принципы являются наилучшим ответом каждого, так сказать, на соответствующие требования других. В этом смысле выбор этой концепции справедливости является единственным решением проблемы, возникающей в исходном положении.