Теория стаи полностью

Второе Пришествие Христа — событие не случайное, в том смысле, что время его определяется не по прихоти, — время Дня Господня строго закономерно. Строгая закономерность Второго Пришествия Христа среди прочего всегда подчеркивалась тем, что пророки предсказывали его не само по себе, а включали в цепь пророчеств.

Пророческая цепь — это предсказание не одного события, но целой последовательности событий; в этом закономерном ряду отдельный эпохальный узел планетарной истории предсказывается с той естественностью, с какой земледелец, перекатывая на ладони пшеничное зерно и удостоверившись в его целости, уже видит будущее: сначала будет вспахано поле, затем посеяны зерна, борона прикроет их землей, потом появятся всходы, зазеленится все поле, потом выйдет колос, и так до зрелого доброкачественного зерна. И так будет, — если не погаснет солнце и вовремя будут выпадать дожди.

В точности по тому же принципу пророками предсказана и последовательность всех трех Пришествий Христа, а также и их время: в качестве опорных событий выбирались такие будущие события мировой истории, мимо которых невозможно пройти даже при самом беглом знакомстве с этой историей.

Людям вообще свойственно интересоваться жизнью великого завоевателя — чем больше он подчинил себе людей (захватил большую территорию), тем он интересней, известней, а следовательно, если можно так выразиться в рамках пророческой истории, — опорней. Такие события-вожди суть: империя Александра Македонского и ее немедленный после его смерти распад; победившая торговый Карфаген Римская республика; супердемократ Наполеон; и так далее (см. Дан. 2:31–35; 7:1–27).

Именно «цепочность» пророчеств о Пришествиях Христа, — а пророки записывали пророческие видения подряд, не разделяя их на Первое, Второе или Третье Пришествия, то есть подавая их как единое целое еще и по форме, — соблазнила книжников времен Христа утвердиться в своей подсознательной мечте, что грядущий Мессия-Христос есть своеобразный «великий военачальник», который, явившись, поставит на колени все народы, а править при нем будет «царственное священство» — этнические евреи и им угодные подручные. Из цепи изымалось только одно звено, и только одно оно и рассматривалось. Однако, лишенное соседних звеньев, оно превращалось в двусмысленность, а в отягощенных умах и вовсе — в собственную противоположность.

Это сказано за тысячу лет до Первого Пришествия Христа.

Господь Иисус и при Первом Пришествии был Судией, но только не того рода, который встречается в «цивилизованных» судах.

Публика-стая полагает, что о Первом Пришествии ей худо-бедно известно — по крестам и изображениям распятого на нем подобия человеческого тела.

О Втором же Пришествии публика обычно не знает ничего достоверного — хотя в Библии оно тоже описано преподробно.

Но смысл Первого Пришествия столь же непонятен без осмысления Второго, как и Второе Пришествие непонятно без осмысления Третьего. А о ключевом Третьем, как это ни удивительно, вообще практически никто из публики не знает ничего. Свет же есть знание о всех трех Пришествиях сразу.