И отвечал Амос и сказал Амасии: я — не пророк и не сын пророка; я был пастух, и собирал сикоморы (плоды фигового дерева, самые дешевые из всех плодов той местности. — А. М.).

Но Господь взял меня от овец и сказал мне Господь: «иди пророчествуй к народу Моему Израилю».

Теперь выслушай слово Господне. Ты говоришь: «не пророчествуй на Израиля и не произноси слов на дом Исааков».

Но вот что говорит Господь: жена твоя все равно будет обесчещена в городе[25]; сыновья и дочери твои падут от меча; земля твоя будет разделена межевою вервью, а ты умрешь в земле нечистой, и Израиль непременно выведен будет из земли своей.

(Амос 7:14–17)

Итак, если коротко: самый главный в иерархии госсвященник, один из череды идеологов, почитаемый толпой и правителями за способность убедительно извращать суть мессианства (христианства), пытается приказать человеку без диплома, пастуху и собирателю сикомор заткнуться и не мешать ему, уважаемому человеку, врать и наслаждаться пребыванием во лжи.

К счастью, встречаются иногда люди, которым легко и приятно говорить только правду. В том числе легко и приятно предсказывать совершенно закономерные и для здорового и верно направленного ума совершенно очевидные события будущего, тем более что сбываются их предсказания не частично, как у лжепророков, но полностью.

Амос не внял напору самой уважаемой религиозной иерархии. И не замолчал. И, очевидно, первосвященник-предатель и его семья, как и было предсказано, в результате любви ко лжи погибли в «нечистой земле».

За тысячелетия не изменились не только первосвященники.

Не изменились и пророки Божьи.

Не могла молчать и одна женщина, родившаяся в XIX веке в Соединенных Штатах. Не молчала, хотя ей пытались заткнуть рот священнослужители и первосвященники разных иерархий, — словом, иерархии как таковые.

И ее предсказания тоже исполнялись полностью.

Хотя она, подобно Амосу, тоже не называла себя пророком. Но просто: Елена Уайт, христианская писательница.

Или: вестница Божья.

Но мысли она высказывала поистине нетипичные.

К примеру, все многочисленное множество «пророков» и «просветленных» сходятся в общем для них кредо: уж моя-то организация есть самая правильная из всех организаций, учитесь в ней… у нас учитесь… у меня учитесь, я вам передаю Божью мудрость.

Но Елена Уайт говорила: учиться надо у Бога. И в слова эти, достаточно затасканные и извращенные, Елена Уайт вкладывала изначальный смысл. В частности, она говорила (предсказывала), что ее собственная церковь (адвентистов седьмого дня — кстати, единственная организация, которая причислила ее к пророкам, после ее смерти, разумеется, и беспардонных над ней издевательств при жизни), — это всего лишь организация, которая как была при ее жизни мертвой (Лаодикией — см. Откр. 3:14–22), так таковой и останется вплоть до Второго Пришествия. Будут, писала она, спасенные и среди адвентистов, но только один из сотни, да и то «как бы из огня»Но зато будет великое множество, — говорила эта адвентистка, — спасенных вне адвентистской иерархии. Разве не ересь для ушей всякого «благонадежного»?!

Елена Уайт (1828–1915) много писала, что еще при ее жизни пасторский корпус некогда живого адвентистского движения превратился в бездуховное сообщество не знающих Бога людей, и, следовательно, не научившись сами, они ничему научить не способны, — и иерархия адвентистов ей мстила не только при жизни, но пуще всего отомстила ей после смерти.

Месть заключалась в том, что ее канонизировали в старых «добрых» традициях религий для масс — и превратили в цитатник, «источник полноты Истины».

Перейти на страницу:

Все книги серии Катарсис [Меняйлов]

Похожие книги