Русские неугодники, защищаемые от Александра I, чичаговых и ростопчиных кунктатором Кутузовым, довершив совершенную еще до Бородина психологическую победу над сверхвождем, прошли через Москву якобы на рязанскую дорогу, потом обманным движением ушли на калужскую — причем настолько скрытно, что наполеоновская разведка потеряла их из виду, что не могло не спровоцировать у параноика Наполеона дополнительных приступов ужаса.
Великий город был перед Наполеоном. Он был оставлен с ним наедине. Бери, казалось бы, и владей.
Но не расчетами выгоды движимы люди и события.
Желанная столица, по самоназванию Третий Рим, явившаяся в сиянии — виданное ли дело! — золотых куполов, уже через несколько часов подожженная с десяти концов, начала растворяться в огне грандиознейшего пожара, раздуваемого невиданной в этих местах бурей… В сущности, и Наполеоном, как в свое время Ганнибалом, великий город взят не был… Как увидим в дальнейшем, во многом из-за их настоящих желаний.
После битвы под Каннами-Бородино (вне зависимости от того, что Бородино Каннами не стало), Наполеон просто не мог взять город, в который не захотел войти Ганнибал.
Потому он столько часов и стоял на Поклонной горе, без всякого разумного объяснения не двигаясь с места.
Он пошел, когда Москва стала возноситься — то есть, на пустое место.
«Москву сжег я», — сказал Наполеон на скалистом острове Святой Елены. И это было правдой.
* * *В мире толп культивируется сплошное наоборот. Это отключает остатки унаследованного критического мышления элементов стаи — тем ее сплачивая. Именно за такие наоборот вожди и содержат так называемых ученых (идеологов*).
Софья Андреевна представляется всем идеальной женщиной, а Лев Николаевич — сумасшедшим.
Ромео и Джульетта становятся всемирным символом возвышенной любви между мужчиной и женщиной; а описавший их классические некрофилические взаимоотношения педераст Шекспир становится, соответственно, — главным экспертом по межполовым взаимоотношениям.
Импотент Гитлер становится для миллионов женщин цивилизованной Европы образцом настоящего мужчины.
А невротик Наполеон, который, похоже, как суверенная личность вообще никогда не жил, а со школьной скамьи лишь ненавидел действительность, ставший Ганнибалом и им и умерший, почитается разве что не во всем мире (кроме неугодников России) образцом человека, разорвавшего ограничения этого мира, возвысившийся беспредельно и реализовавшийся как свободная личность!
И вел веровавшую в него толпу исполнителей к их якобы мечте — к свободе!
Ехидство истории пределов не знает.
<p><strong>Глава четырнадцатая</strong></p><p><strong>«МОСКВУ СЖЕГ Я!»</strong></p>Москву сжег я!
Наполеон — 14-летней Бэтси Бэлкомб на о. Св. ЕленыНо еще должно было пройти много времени, пока историография признала, что ее предназначение — в неукоснительной правдивости.
Зигмунд ФрейдЕдинственный в своем роде взгляд на него (Наполеона. — А. М.) как на «самонадеянное ничтожество» — взгляд Льва Толстого — воспринимается сегодня как нонсенс, зубоскальство одного гения по адресу другого, хотя именно этому нонсенсу следовали большей частью советские (русские. — А. М.) историки и писатели.
Троицкий Н. А.. Александр I и Наполеон. (М: Высшая школа, 1994)Зимний лагерь карфагенян был целиком выстроен из дерева… <Римлянами> подожжены были ближайшие строения, сначала во многих местах вспыхнули отдельные огни, затем они слились в один огненный поток, поглотивший все.
Тит Ливий, XXX, 3:8 и 6:5О причинах начала в Москве пожаров 1812 года, в результате которых от великого города, подожженного с разных концов, мало что осталось, бытует лишь три версии: две принадлежат историкам и одна — Льву Толстому.
