Сторож Х. промолчал, потому что он в этом кабинете наткнулся на переводные (с японского, китайского, корейского) книги по рефлексотерапии, и некоторые ночи посвящал их изучению, пытаясь выработать единую схему циркуляции энергии ци, переведя ее на двоичный код "Книги перемен" и увязав меридианы со знаками Зодиака, соответствие которым в свою очередь он пытался найти в линиях ладони. В перерывах он, конечно, курил в форточку, открывал шкафы, брал в руки туфли и даже нюхал белый халат на плечиках, думая, что иридодиагност (короткая стрижка, черные глаза, острый язык) должна быть очень даже активна - прямо тут, на этой кушетке (правда, кушетка деревянная и шаткая)... Она ходит по коридору так быстро, что полы ее халата приобретают стреловидную геометрию, она смотрит искоса, когда ты не смотришь на нее (думает, что я не вижу), и это - признак, что с ней нужно поработать. Она углубленно изучает свое дело - как иголки, так и диагностику по радужной оболочке глаза, и готова обследовать для статистики даже сторожей. Увидев в коридоре сторожа И., уже седого в свои тридцать, сказала:
- Гриша, зайдите ко мне, пожалуйста, я ваши глаза посмотрю.
- Может, в следующий раз? - спросил сторож Х., беспокоясь за репутацию сторожей вообще (мы же помним непредсказуемость сторожа И.), и думая о хрупкости аппаратуры и конституции доктора в частности.
- Почему же в следующий? - сказал вредный И. - Может следующего уже не будет...
И вошел в кабинет.
Они сидят по обе стороны специальной лампы, их глаза соединены сложной системой линз, призм и световых лучей. Установка сияет щелями в зашторенной комнате. Слышно шумное дыхание сторожа И. Наконец врач З. начинает говорить:
- Вижу предрасположенность к гипертоническим кризам (сторож Х., подслушивающий у приоткрытой двери, кивает - И. ушел в академ с четвертого курса именно "под давлением"), возбудимость нервной системы (Х. кивает), гипертонус желчного пузыря и протоков, поджелудочная в связи с этим...
- Бля, - сказал сторож И., не шевелясь.
- Что?
- Ничего...
- И дальше... Гриша, у вас удивительная голова. Вы слишком много думаете. (Гриша заерзал. Х. завистливо переступил у двери - эти слова должен был услышать он!). Вашему мозгу уже не меньше шестидесяти. Он изношен. Атеросклероз сосудов - вот откуда ранняя седина... Так я и думала, все подтверждается... Ой! - вскрикнула она, когда в ее глаза воткнулись трубки с окулярами.
Оттолкнув столик с лампой, сторож И. резко встал и метнулся к двери. Сторож Х. успел отпрянуть, дверь распахнулась ударом. Гриша остановился на пороге, повернулся и сказал:
- Пошла ты нахуй со своим атеросклерозом! Другим мозги еби, иридо, твою мать!
И улетел, размахивая руками.
Доктор З. выбежала в коридор, но там стоял только сторож Х., и волосы его шевелились от ветра, поднятого болидом И.
- Да, - сказала она обеспокоено. - Такой молодой, а уже нарушение кровообращения. Мозгового... Зря он убежал, я б ему рекомендации дала. Вы его уговорите, пусть еще раз придет. Бедненький...
Дневной коллектив состоял из одних женщин - врачей, медсестер и санитарок, - и обе стороны, разделенные гендерным, как сейчас принято выражаться, барьером, с интересом присматривались друг к другу. Вскоре после вступления двух сторожей в массажную деятельность, случился праздник - Международный женский день. В ординаторской под конец рабочего дня был накрыт стол, - несмотря на голодное время, он ломился и сверкал. Горели свечи, женщины изображали светских львиц, новые массажисты купались в ароматах и шелесте платьев. Двое мужчин были точками конденсации, если заимствовать термины, а может и точками концентрации напряжений. Коллектив раскололся на две группы, которые, вращаясь вокруг массажистов, перетекали одна в другую, завихряясь и считывая информацию с объектов исследования. Но эти хороводы возникали не стихийно - их заводили две главные соперницы, уже знакомые нам завстационаром невропатолог Л. и рефлексотерапевт-иридодиагност З. - блондинка и брюнетка. Ровесницы, старше наших героев на три года, они сразу возглавили праздник, мягко конкурируя и по-дружески пикируясь.
- Я хочу выпить, - поднимала свой бокал З. - за нашу заведующую, красавицу, натуральную блондинку, что редкость в нашем гидропиритном мире, а главное - за ее выдающиеся административные способности!
Чтобы понять тост, нужно знать, что Л. считала себя выдающимся врачом и тоже пыталась лечить иголками после двухнедельных курсов повышения квалификации. Поэтому в ответ она пыталась уязвить соперницу:
- Ну, про мою красоту ты лукавишь, - у меня был только один муж, а у тебя уже третий, и еще очередь за ним стоит! Спрос говорит сам за себя...
И они, дружески улыбаясь, чокались. Возможно, такими обоюдоострыми они были только в присутствии свежих мужчин. И мужчины уже отметили, что именно эти две особи в белых душистых халатах могут стать возбуждающим фактором их тяжелой дневной работы.
