Не останавливаясь на достигнутом, Эринрандир отправился в вотчину товарища Леготара ап-Халдамира, чтобы пообщаться с его подопечными из числа иномирян, а заодно обновить словарный запас олбанского. Бывший спецагент великодушно напоил коллегу заварным кофием какого-то редчайшего сорта и поделился свежими столичными сплетнями, которые он узнавал по старой дружбе кое с кем из высших сфер. И хотя новости в устах Его Безупречности обретали почти совершенную форму художественного произведения, на Эрина они произвели угнетающее впечатление. В Столице происходило что-то странное, даже на взгляд Леготара и его влиятельных знакомых. Владычица отменила дружественный визит в Хинтай, запланированный еще год назад. По слухам, она созвала тайный совет, на который, тем не менее, не были приглашены высшие чины из СИБ-а. Затем из страны был выдворен пиндостанский советник по культуре. Снова открыли уголовное дело о финансовых махинациях господина Березайца, а так же потребовали у Белоостровских властей его выдачи. И все это на фоне бесконечных проверок личных дел сотрудников НЧЧК.
– И что самое любопытное, из всех связанных с "мифрильным скандалом" только ты один на слуху. Даже Блах-а-Мухха забыли, - рассказывал Леготар, пока секретарь оформлял бумаги для допроса. - Что же касается ап-Валандира… - начальник внутренней тюрьмы тревожно поглядел на собеседника. - Только не бесись, хорошо? Дарриэль у нас теперь возведен СМИ в ранг мученика и страдальца.
– Афигеть! Дайте две! - задохнулся от возмущения Эрин. - Этот взяточник и предатель…
– Да. Он самый, - вздохнул Леготар. - Но я тебе это говорю не для того, чтобы лишний раз посетовать на продажных журналюг. Надеюсь, ты понимаешь?!
– Понимаю.
Товарищ ап-Халдамир отточенным жестом отбросил со лба челку, при этом каждая волосинка легла так, как требуется, и внимательно посмотрел коллеге в глаза.
– С тебя взять нечего, Эринрандир, сам по себе ты никому там… в Верхах и даром не нужен. Но у тебя есть что-то такое… что-то ты знаешь… или можешь догадаться… Там, - Леготар многозначительно воздел очи горе, - навсегда запомнили твое умение складывать два и два и находить ответы. Правильные ответы, заметь.
– Но я ничего не знаю…
Его Беспощадность жестоко ухмыльнулся, в одночасье продемонстрировав какой-то особенный хищный блеск в глазах и характерный излом бровей.
– И это очень плохо, друг мой. Всегда лучше знать, чем не знать.
И тут слова Леготара не расходились с делами. Он знал все, обо всех и всегда. Но молчал. И был абсолютно прав.
Из магов-рецидивистов Эрин попытался выцедить хоть немного информации о тех, кто практикует или интересуется Магией Крови среди иномирян. Он промурыжил четырех подследственных чуть ли не до самого вечера, преуспев в лицедействе и окончательно утратив веру в успех своих планов. Так же, как Золотая Р вместе с Грогом, попадальцы в один голос твердили о полнейшей непричастности местного Конклава к похищениям и насильственному донорству.
Выходило, что со дня поимки малкавиана в Распадке установилась редкостная благодать: все колдуны-чародеи обратили свои взоры ко Свету и Добру, коллективно ступив на стезю добродетели и благочестия, вудуисты отпустили на волю цыплят, а некроманты отреклись от Смерти и воззвали к Жизни.
Не город прямо, а сердечное отдохновение и чудо природы. Эрин словил себя на мысли, что просто жаждет припасть буйной головушкой к могучему… пузу Ытхана Нахыровича и объявить любимому руководителю о необходимости срочно подать в отставку и закрыть НЧЧК, ибо сбылось и свершилось - магическая преступность искоренена и более не возродится из пепла забвения. Остается только крикнуть троекратное "ура!" и подбросить в воздух… ну хотя бы фуражку или, на худой конец, пустую бутылку от пива.
"Сюда бы Нол, - сокрушенно подумал Эрин. - Копнуть в их мозгах совсем чуть-чуть".
Хотя, откровенно говоря, и без мыслечтицы ясно, что преступники вовсе не пытаются утаить опасную тайну. Им своих грешков хватает. Тут главное, чтобы НЧЧК не нарыла лишнего.
За полтора года тесного сотрудничества с Нолвэндэ энчечекист научился если не мысли читать, то сносно разбираться в телесных реакциях людей и более-менее точно определять, где правда, а где ложь.
Оставалось только поговорить с Дзировой сестрицей Чариндой. Только на неё вся надежда. Удочки уже заброшены везде, теперь потребно дождаться, где клюнет. А клюнуть должно обязательно.
Склонность дроу к дорогим понтам вполне объяснима, но для описания масштабов их сродства не хватит слов ни в одном из государственных языков Серединной Империи. Достаточно один раз увидеть обиталище товарища Дзира Ушшос-Наха. Стены, увешанные изображениями самого современного оружия, ручные пауки, сочетание угольно-черного и снежно-белого во всех деталях интерьера, огромный плазменный телевизор, по которому они с Эрином смотрели чемпионат мира по ножному мячу, и устрашающих размеров кровать-сексодром, застеленная постельным бельем черного цвета.
