У Геллерта был шанс выбиться из окружения с боем, но он никогда не совершал столь массовых убийств магов, и у него дрогнула рука — он начал использовать нелетальные заклятия. Даже так у него был шанс прорваться, но его отвлёк Пикирующий Злыдень Ньюта Саламандера, и он очнулся уже в камере.
Проклятие, просто проклятие! Гуманность помешала ему уйти! А его гениальный план по панике в США тоже провалился — маги просто распылили слюну пикирующего Злыдня при помощи птицы–гром и стёрли память всему Нью-Йорку!
Он ждал суда. Скованный, в камере. Но они не забрали у него главного — Дара Пророка.
Он нашёл в защите камеры изъян. Нет, магия крови была блокирована, но он просто нанёс нужные символы на себя своей же мочой. А потом в ритуале пожертвовал своей почкой. Небольшой локальный сбой магии сопровождался призывом среднего демона. Выбравшись из камеры и взяв одну из палочек надзирателей, он оказался на свободе.
Пока он совершал преступления, Альбус набирал известность. Фламель подтвердил, что Альбус его ученик! Немыслимо! Чем он хуже этого бородатого долькоеда?
Геллерт направился во Францию, чтобы заручиться знаниями Фламеля. Нет, у него не было плана, на месте его найдёт. А этот Фламель… Он нашёл в США «книгу Войнич», черновик работ Фламеля, но там не было ничего ценного!
Он наблюдал в видениях Альбуса и Фламеля. Но не знал, где это. Он видел, какой рисунок использует Альбус для переноса туда, — но этот рисунок не переносил его. Итогом его поисков Фламеля стало побоище в Париже. Обошлось почти без жертв. Правда, парочка лишилась души… Да ладно, когда по улицам летают естественные родственники дементоров «Смертофалды» — это ещё легко отделались.
Уже уходя, он заметил странность. Некоторые магглы-прохожие совсем не ощущались, словно инферналы.
А потом его атаковали. Он героически сражался, но что может уставший после боя маг против нескольких адамантовых големов с внутренними камнями-накопителями, косящих под человека только внешне? Может. Он перебил почти всех големов. Он видел — он победит. Но всё изменилось, когда под его защиту поднырнул феникс, обвешанный артефактами.
Очнулся он без защиты и палочки. Несколько големов держали его на весу. Большая часть его тела была вмурована в трансфигурированный, подобный реке асфальт.
— Тебе лучше оставить свои планы, Геллерт, — сказал один из големов, транслируя чью-то волю.
— Фламель? — уточнил Геллерт. Жаль, что в видениях он этого не видел…
— Ты перестал меня узнавать? Это Альбус.
— Тупой предатель! Дезертир! Если ты не со мной, так хоть не мешай! Не мешай мне построить общее благо!
— Я не вижу никакого блага, — ответил голем.
— Это всё из-за тебя! Мне нелегко одному! Мне приходится многим жертвовать! У меня слишком мало ресурсов! Иди со мной — и не придется ничем жертвовать! Фламель же готов поделиться с тобой деньгами? Ты же хотел пойти со мной? Пошли сейчас!
— Это было ошибкой. А твои видения… Либо ошибка, либо ты просто не увидел пару-тройку миллионов убитых.
— Так всё окупится! Давай вместе сделаем так, чтобы не было убитых! Раньше тебе помешал твой тупой брат! Пошли со мной!
Будущее было туманно. Геллерт видел тысячи вариантов. Например, он упоминает Ариану, и голем отрывает ему голову. Не со зла, чисто на рефлексах, уловив желание Альбуса. Так что его программа максимум — выжить сегодня. Или Альбус сдаёт его в тюрьму…
— Я не пошёл с тобой, потому что меня остановила честь, — ответил Альбус.
— Какая честь? Тебя остановил твой тупой брат! Всё это из-за него! — ответил Геллерт. Глупо орать на того, кто держит тебя за горло, но с Альбусом это правильная стратегия — тот умеет стрелять только в тех, кто стреляет в него.
— Я же не сказал, что меня остановила моя честь, — ответил Альбус. — Геллерт… Твои мечты… наши мечты об общем благе… После смерти Арианы я впал в депрессию, и так из неё и не вышел. В сущности, если бы ты был приличным человеком, ты бы вёл себя так же. Именно тогда стало понятно окончательно, что мечты об общем благе не совместимы ни с совестью, ни с умом. А те, кто на это купится, станут просто оккупантами, поверившими в утопическую возможность. А все твои россказни — отмазка, пропаганда и отвлечение внимания. Из тупика только один выход: вернуться назад. Я воспользовался шансом. Ты —нет. Уже больше двадцати лет ты продолжаешь подгонять своего коня, не понимая, что ты упёрся в угол.
Геллерт увидел в будущем возможность оказаться не в Аврорате, а на свободе.
