Пример местного танкостроения показателен. Советский Союз перед войной имел три центра производства танков — Ленинград, Сталинград, Харьков. Каждый из них в отдельности превосходил суммарную мощность всех остальных танковых заводов мира. Но СССР попал под внезапный удар и потерял на границах стратегические запасы, авиацию, танковые войска, артиллерию, а оставшись без них — лишились донецкого угля, запорожского алюминия и стали Днепродзержинска, потерял почти всю военную промышленность, включая единственный в мире завод танковых дизелей, который находился в Харькове. Уже в июле 1941-го поставки дизелей из Харькова прекратились. Ленинград не был потерян, но блокирован, а в блокированном городе, без стали и энергии, о каком танковом производстве может идти речь? Сталинград тоже не был потерян, но вокруг творились такие события, которые не способствовали ритмичной работе «тракторного» завода.Даже в таких условиях местные производили больше танков чем Германия, при этом лучшего качества, но всё это было сплошной импровизацией и и бледной тенью того, что могло бы быть, не напади он первым. Тогда бы производство его врага превосходило его не в разы, а в десятки раз…
Но вернемся к реальности после гибели кадровой армии местных. В бой шло сплошное ополчение.
Опытных бойцов или командиров — наперечёт. В бой шли необученные новобранцы. «Атаковать!» — велит их Хозяин из Москвы. «Атаковать!» — приказывает генерал из уютного кабинета. «Атаковать!» — приказывает командир из тёплой землянки. И встаёт сотня рабов, идёт на перекрёстные трассы пулемётов. А немцы в тёплых дотах, всё рассчитали и бьют по пристрелянным мишеням, как в тире. Бывали, конечно, у пулемётчиков случаи помешательства: не так просто убивать людей ряд за рядом, а они всё идут и нет им конца. И иногда его магглов убивала шальная пуля.
Полковник знает, что атака бесполезна, что будут лишь новые трупы. Да, русская армия равна по числу немецкой. Но это каждый раз разная армия. Русским бы посидеть в обороне, накопив резервы. И через полгода размазать всех числом, но нет — они идут в атаку. А когда у них нет резервов, немцы начинают наступать. И ладно бы русские были неполноценными полуобезьянами.
Периодически он видит среди русских достойных людей. Некоторые кричат, что нужна другая тактика и атака бессмысленна, предлагают свои варианты. Их обвиняют в трусости, паникёрстве, ставят перед строем и расстреливают — усомнился в нашей победе. И без разницы, рядовой ты или генерал — никто не может быть умнее Хозяина, которому известен только один способ воевать — давить массой тел. Геллерт на полном серьёзе ждал, когда русские начнут давить гусеницами своих танков свою пехоту, чтобы нанести ущерб психическому здоровью немцев, но не дождался.
Единственное, что могут приказать местные — давить массой тел, без разницы, магов или магглов. Как сказал бы Альбус, если у командира есть душа и совесть, единственное, что он может сделать — выйти вперёд и умереть вместе с солдатами. Происходит своеобразный естественный отбор. Слабонервные и чувствительные не выживают. Остаются самые тупые, жестокие, безразличные и бессовестные. Зачастую ещё бездарные и ленивые. Хотя всё это лирика — остаются безразличные к рабам.
Командирам лень выходить из тёплого и сухого штабного дота под пули. Часто артиллеристский офицер недостаточно выявил цели и, чтобы не рисковать, стреляет издали по площадям, хорошо если не по своим, такое у них тоже нередко случается. Это было так… бездарно… Задание давалось десяткам тысяч необученных людей в надежде, что хоть кто-то, пока остальные умирают, выполнит приказ. Ни времени, ни средств на подготовку, ни опытных учителей. Достаточно сказать, что у русских десятки тысяч лётчиков, подготовленных по упрощённой программе за полгода, без воздушного боя и навигации, стали пехотинцами, когда остались без самолётов. Всё здесь совершалось самотёком, по интуиции, числом, массой.
Геллерт поражался. И ведь он проверял — нет на людях никакого переносного жертвенника для подзарядки защитных чар, сбора энергии или прокорма демонов. Они просто шлют их на убой! Может быть, он пропустил? Надо запретить советскую символику и срывать с пленных погоны перед смертью, мало ли… Он двигался с опережением своего плана войны, сопротивления на захваченных землях почти не было. Если бы Геллерт заполнил все штабы шпионами, купил бы всех или наложил на них Империус, закидал тыл диверсантами, все тылы, если бы он обеспечил массовое предательство и разработал детальный план развала всей русской армии, экономики и общества, он бы не достиг того эффекта, который был результатом идиотизма, тупости, безответственности и безнаказанности начальства, беспомощной покорности населения и многих лет естественного отбора самых бесчеловечных. Это было везде!
Местная пропаганда. С первых же дней — война малой кровью. Мы идём воевать за «интернационал». Тупость.
