Было сложно собрать столько наёмников вместе. Не самая умная идея — приводить в магическую Англию, составляющую меньше двух процентов от населения маггловского мира и с полностью порушенными органами правопорядка, более трети мировых наёмников. Ещё сложнее было убедить их биться с Волан-де-Мортом — мёртвым деньги ни к чему. Но в контракте все риски расписаны — они не вступят в бой в случае значительного превосходства противника, не вступят в бой, если на Волан-де-Морта надо будет выходить меньше, чем сто на одного. А так… денег ему не жалко. Проблем он не боится: они либо будут следовать букве контракта и сразу после боя уберутся из Англии, либо… Их убьют клятвы. А война с Волан-де-Мортом — это то единственное, чем эти люди впоследствии смогут гордиться.
Он не только на наёмников рассчитывает. Если не произойдёт явление супероружия — Волан-де-Морт проиграет. А откуда Волан-де-Морту брать супероружие?
Мысль была одна — Азкабан. Там веками хранили магов, если поднять хотя бы часть… Но Министерство щедро сдабривает тела и могилы «блокадой некромантии», и он добавил. Так что всё должно получиться.
Сейчас его волновало не это. Вскоре он уже был в Пещере. На разбор системы входа он потратил непростительно много времени, а уж способ преодоления входного барьера… Волан-де-Морт его удивил, и вправду никак не пройти без Тёмной Магии и жертвы, только вот удалось слегка подвинуть граничные условия — где искать жертву?
Когда-то Геллерт подарил ему ритуальный нож. Естественно, Альбус уничтожил нож сразу после ссоры с Геллертом. И вот сейчас у него в руках новый ритуальный нож, который он сделал сам.
Альбус положил свою здоровую, правую руку на жертвенник и направил на неё Бузинную Палочку, начиная читать заклинания.
Через полчаса он взял Бузинную Палочку в зубы, а левой, поврежденной проклятием рукой достал ритуальный нож. Он смотрел, как его правая рука разбухала, превращаясь во внешнее подобие человека. А потом задымилась. Альбус отрезал свою правую руку, и она сгорела. Вместе с ней сгорели и чары Волан-де-Морта на входе. Путь был свободен.
На секунду Альбусу показалось, что Геллерт где-то здесь. Что он это видит, и у него от изумления вытягивается лицо — Альбус, ну зачем же себя резать? И это негодование воображаемого Геллерта окончательно убедило его — он всё сделал правильно.
Хотя ещё не всё. Он достал свёрток и развернул его. В нём лежал протез руки. Совершенный протез, неотличимый от потерянной руки, который Альбус делал сам.
Альбус приделал этот протез на место правой культи. Рука была намного сильнее и быстрее, чем старая. А ещё…
Усилие воли — и рука вытянулась метров на десять, превратившись в плеть. Альбус не смог играть с объёмом адамантия, но вот с формой — вполне. Теперь будет чем отбивать Авады. Надеюсь, Тёмный Лорд не устоит перед соблазном прыгнуть фениксом ему за спину, чтобы пырнуть его ножом.
Альбус Дамблдор покинул небольшую пещеру и оказался в большой пещере. Как попасть на островок в центре? Казалось, выход один — спрятанная лодка. Но её структура чар ему не нравилась.
Что делать? Плыть? Лететь? Идти по воде? Играть в Моисея? Потом решит.
Держа в левой руке Бузинную Палочку, а в правой меч Гриффиндора, он подошёл к воде.
— Акцио, крестраж! — сказал Альбус.
Нет, он прекрасно понимал — крестраж так не достать. Но защита себя проявит.
Из озера полезли мертвецы. Много мертвецов. Как банально — темнота и мертвецы.
Надо экономить магическую энергию, неизвестно что ждёт его впереди.
Правая рука Альбуса превратилась в тонкую проволочку, удлинившуюся на сотню метров и сжимающую меч Гриффиндора. Затем меч Гриффиндора начал двигаться с невероятной скоростью, кроша выползающих противников. Сколько их? Явно больше тысячи, да даже больше десяти тысяч, хоть и самая простая нежить.
— Как-то слишком просто, — подумал Альбус, — за день управится.
Словно в ответ на его слова, из воды показались два… Дракона? Лича? Змея?
Альбус мгновенно переложил меч Грифифндора в левую руку, а в правую взял Бузинную Палочку.
Опять будет непросто…
Конец POV Альбуса Дамблдора.
Последнее воспоминание Грин-де-Вальда.
Геллерт стал ждать. У него появилась надежда. Нет, не на свободу.
Он уже чувствовал — он меняется. Он уже сожалеет, что убил в войне так много. Ещё немного… И он станет таким же соплежуем, как Альбус.
Но теперь у него есть шанс. Шанс умереть гордым Тёмным Магом, а не плачущей развалиной.
И если Альбус прав… Если смерть не конец и у него будет когда-то ещё один шанс… он и там построит общее благо. Либо победив, либо став всеобщим врагом.
Словно в подтверждении этого, он увидел в будущем, как на Нурменгард нападут буквально через минуту и охрана совершает его убийство. Сжав в руке воображаемую палочку, он рассмеялся. Какое это неописуемое счастье — умереть самим собой!
Конец POV Грин-де-Вальда. Навсегда.
Геллерт развеялся, как будто пепел от пожара, который сдул ветер.
