Конечно, в «Зелёной звезде» были свои специалисты — физики и математики. Они оценили представленные мной объяснения и сочли их убедительными. Да, информация ушла после того, как операция неприятеля сорвалась, и этот доклад с их стороны был сопряжён с огромным риском. То есть был своего рода жестом отчаяния. Но я всё равно не исключал до конца того, что это была ловушка. Вот только даже ловушка всё-таки могла нас вывести на центр принятия решений, который, как утверждала передача с Земли, обязательно должен быть.
Где-то в середине полёта, как раз тогда, когда мы проходили зону сильной турбулентности над морем, нас ждал сюрприз. Один из полимерных контейнеров с припасами свалился на палубу, лишь чудом не задев расположившихся на походных лежаках спецнавоцев. А вскоре выяснилось, почему именно этот контейнер был так плохо закреплён. Через образовавшуюся в ряду брешь было видно небольшую полость, в которой, обложившись вспененными прокладками, уютно свернувшись клубком дремал Лэм.
Из-за этого инцидента на борту вышел небольшой скандал. Да, Айтен пытался сдерживаться, чтобы не наворотить дел перед боевой операцией. Но его крики всё равно было слышно из хвостового отсека, куда он отвёл бойцов, отвечавших за погрузку.
Лэма пришлось разбудить. Мальчишка расстроился, что его обнаружили так рано — думал, что из-за этого развернут самолёт. Но, разумеется, этого никто делать не стал.
— Как ты мог так поступить с батей? — выговаривал я ему, подогревая походный рацион химическими грелками. — Ты представляешь, что с ним будет?
— Да ничего с ним не будет! — возразил Лэм. — Не прилетел он! В последний момент гражданскую эвакуацию отменили — самолёт до отказа забили безопасниками и оружием. Вот я и понял, что застрял на заводе… а тебя одного больше отпускать не хотелось! Ты же видел, что я могу, так? Я точно буду полезен!
Он гордо выпятил подбородок. А я еле сдержался, чтобы не отвесить ему подзатыльник.
— Дурак ты Лэм, — сказал я.
Пацан хмыкнул и отвернулся к огромному иллюминатору, подчёркнуто игнорируя аппетитно пахнущий судок с какой-то кашей и мясом.
— Никогда так больше не делай. Никогда! Военные — это, прежде всего, дисциплина! Без неё не может быть победы! А такими поступками ты всех нас подвергаешь риску. Потому я теперь тебя защищать буду, и, может так получиться, не смогу выполнить свою задачу.
— А что, если это я тебя буду защищать? — буркнул Лэм.
«Вот упрямец!» — констатировал Вася.
«Ничего. Зато парень со стержнем. Остальное придёт».
— Ладно, защитник. Ешь, набирайся сил. Лететь ещё много часов. А на месте ты вместе с экипажем будешь охранять самолёт. Усёк?
— Усёк… — вздохнул Лэм, и всё-таки принялся за еду.
Садились на рассвете. Оборудованной полосы в тех диких местах, разумеется, не было, но как ни удивительно наш гигант был предназначен для посадок и на неподготовленных площадках. Вообще, обширных мест с гладкой поверхность на Нарайе было куда больше, чем на Земле, и это способствовало развитию авиации.
Всего в десяти километрах от точки фокусировки находилась долина с обширным ледником, зажатая между двумя отрогами. Верхняя часть ледника представляла собой идеально ровную, отполированную сильными ветрами площадку размером где-то пятнадцать на два километра.
Вот на неё-то мы и сели, в первых розоватых лучах начинающегося рассвета.
Снаружи было холодно. Плюс разреженный воздух, примерно соответствующий трём с половиной тысячам метров над уровнем моря на Земле. Мне это не понравилось; я успел привыкнуть к теплу. Одно утешало: «Буран» вместе с индивидуальным комплексом были вполне в состоянии обеспечить мне комфортную среду. А вот парням придётся обходится штатным утеплённым обмундированием, в действенности защитных свойств которого я вовсе не был уверен. Ну не было принято селиться на Нарайе там, где совсем уж некомфортно! Значит, и безопасникам из частных армий там делать было нечего. Впрочем, выбора всё равно не было: действовать надо.
Строго-настрого наказав Лэму не покидать самолёт, я коротко переговорил с Айтеном насчёт плана операции. А он было простым: я организую разведку с помощью дронов. Определяю местонахождение цели, если таковая действительно обнаружится. Потом выдвигаюсь сам, бесшумный и не видимым. А уже за мной двигается на вездеходах группа спецназа — отвлекая внимание предполагаемого противника и прикрывая мои действия. Задача — проникнуть внутрь, дальше действовать по обстановке. В целом всё, как обычно. Если не считать особого оборудования и того факта, что я всё-таки на другой планете.
