– Что случилось? – спросила программа.
Тихомир выключил пояс, и в лёгкие грянул горячий воздух.
– Что, не видишь? – она должна была видеть его глазами, – указатель с экрана исчез.
– С какого экрана!? – возмутилась программа, на момент она умолкла. – Точно! Твоё зрение охватывает около ста восьмидесяти градусов. А как же на счёт остальных ста восьмидесяти? Если б у тебя были глаза на затылке, то указатель был бы сейчас там. Вывод – мы пролетели шестерёнку, и сейчас он находиться где-то за твоей спиной.
Тихомир развернулся, и искорка сразу появилась.
– Летим обратно, но не так быстро.
Долго лететь не пришлось. Метров через пятьдесят искорка поползла куда-то в бок. Тихомир направил свой взгляд вслед за ней и рассмотрел на полу пещеры шестерёнку. Он протянул к ней руку.
– Стоять! – заорала Синистра. – Её температура градусов под триста.
– По Цельсию или по Фаренгейту? – издевнулся Тихомир.
– Чего? – не поняла программа, – как нам её взять?
– Люмбрик, – внезапно подал голос зверь.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Тихомир, рассматривая зверя, – ты ведь не хочешь её съесть.
– Люмбрик, – повторил зверь.
– Если бы он хотел её съесть, то, я думаю, сказал бы слово «камень», – вслух предположил Тихомир.
– Люмбрик, – подтвердил его предположения тот.
Раздался плевок, и с защиты сползло алое пятнышко.
– Сделай хоть что-нибудь, – взмолилась Синистра, – мы изжаримся в этой духовке.
Скорее по наитию, чем по логике, Тихомир взял зверя за хвост и протянул к шестерёнке. Люмбрик схватил её передней парой лапок.
– Ищи, – сразу же скомандовал зверь.
Сапоги подсказывали обратный путь, и Тихомир полетел на максимально высокой скорости. Руку, несущую зверя, приходилось периодически менять, так как от шестерёнки исходил сильный жар. К тому времени, когда Тихомир вылетел из пещеры, левая рука начала покрываться волдырями. Надо было быстрей добраться до невесомости, где можно было отпустить Люмбрика и дать время шестерёнке остыть.
Тихомир ринулся вниз, и заметил, что в лесу кипит бой. На Ярославу и её людей напали два пылесоса. На ходу он достал левой рукой меч и, не снижая скорости, вонзил в бок одному из пылесосов. Упёршись ногами в его тело, он покрутил меч вокруг оси и немного расширил отверстие. Разрубать пылесоса не стоило, а вот нарушить его герметичность вполне резонно. В отверстии зашипел воздух и пылесос, изогнувшись, резким движением ударил Тихомира своим хвостом (или передом?). От такого мощного удара его понесло в сторону. Синистра даже не удосужилась сделать защиту или у неё закончилась энергия. Проломав собой несколько веток, Тихомир ударился об ствол и потерял сознание.
В темноте перед глазами появились какие-то пятна. Пятна поплавали по темноте и сложились в белого кота, точнее котёнка с колокольчиком на шее.
– Ты разговаривал с Создателем? – спросил котёнок.
– Да, – ответил Тихомир, – а кто ты?
– Извини, я не смогу ответить. Ты не должен помогать ему.
– Почему? Он твой враг?
– Нет. Хотя, да. Просто мне необходимо его уничтожить.
– Он знает о тебе?
– Да. Но мы не можем общаться. Сейчас появилась возможность делать это через тебя.
– Почему я должен помогать тебе.
– Потому что должен.
– А если я откажусь?
Внезапно появился какой-то вихрь, а точнее небольшой смерч. В мгновение ока Тихомир оказался в центре этого смерча, который начал вытягивать из него энергию. Появилось чувство испуга, от чего на пальце сразу почувствовалась вибрация и покалывание. Тихомир открыл глаза и увидел лицо Алины.
– Ты тоже ассоциативный образ? – спросил он у неё.
– Тихомир, что с тобой? – спросила Алина.
Тихомир осмотрелся. Ну, конечно. Он у неё в квартире.
– А где Алик, – сразу же спросил он.
– Он в командировке. Ребёнок у матери. Так что не беспокойся.
– Не поверю. Чтоб он так вот всё оставил!? Он ведь знает, что я могу здесь появиться.
– Знает, конечно. Он закрыл дверь и оставил открытым окно. Мол, если появиться, пускай летит ко всем чертям. Он не знал, что у меня есть ключ от комнаты.
– Что со мной? – Тихомир попытался подняться, но понял, что сделать это не может.
– Не знаю. У тебя вся спина в ссадинах.
– Спина? В ссадинах? Ты что, меня раздела? – удивился Тихомир.
– Извини, мне нужно было обработать раны.
– О, Господи, – он закатил глаза, – ткань рубахи и штаны обладают целебными свойствами. Они затягивают даже самые глубокие раны за считанные часы. Неси их сюда.
– Я не знала. Я ж хотела как лучше.
– Да знаю я. Ты и по жизни всё хотела сделать как лучше, а сама чуть до гроба не довела. Ладно, извини. Просто сказывается моё плохое самочувствие.
Алина принесла одежду и помогла Тихомиру её одеть.
– Так что же с тобой произошло? – робко спросила она.
Тихомир вкратце рассказал о случившемся.
– Так что, – протянул он, заканчивая рассказ, – последняя наша надежда на то, что мы будем вместе, оборвана окончательно. Теперь даже если он тебя отпустит.
