— Нет, — ответил Стюарт. Скорее, я располагаю точкой зрения мыши, что совсем не то. Я вижу вещи целиком. Для меня ясно, что крысы подвергаются дискриминации. Они никогда не были способны выйти на открытое пространство.
— Крысы не любят открытое пространство, — сказала Агвес Бередки.
— Это потому, что когда бы они не появились, кто-нибудь обязательно швырнет в них камнем. Крысы могли бы любить открытое пространство, если бы им это позволили. Есть ли другие мысли на счет законов? Агнес Берецки подняла руку:
— Должен быть закон против борьбы.
— Непрактично, — сказал Стюарт. — Люди любят бороться. Но уже теплей, Агнес.
— Не драться? — робко произнесла Агнес. Стюарт покачал головой.
— Совсем не быть подлым, — предложил Милдред Хоффенштейн.
— Очень хороший закон, — сказал Стюарт. — Пока я председатель, любой, кто сделает кому-нибудь подлость, получит от меня нагоняй.
— Не сработает, — отметил Герберт Прендергаст. — Некоторые люди дурны от природы. Альберт Феристром всегда желает мне зла.
— Я не говорю, что он сработает, — сказал Стюарт. — Это хороший закон, и мы опробуем его. И опробуем прямо здесь и сейчас. Пусть кто-нибудь сделает кому-нибудь подлость. Гарри Джеймсон, ты сделаешь подлость по отношению к Кэтрин Стаблффорд. Погоди, Гарри… Кэтрин, что там у тебя в руках?
— Это крошечный мешочек, набитый сладкими конфетами.
— Они говорят тебе: "Мы изнемогаем по тебе, для тебя мы такие вкусные", не так ли?
— Да, — сказала Кэтрин.
— Ты очень любишь свой мешочек? — спросил Стюарт.
— Да, очень, — ответила Кэтрин.
— Отлично. Гарри, подойди к ней и отбери его! Гарри подбежал к Кэтрин, выхватил мешочек из ее рук и помчался к своему месту. Кэтрин вскрикнула.
— Ну, а теперь, — сказал Стюарт страшным голосом. — А теперь погодите, мои дорогие друзья, пока ваш председатель проконсультируется с кодексом законов.
Он сделал вид, что перелистывает книгу.
— Вот страница 492, страница 560… Ничего никогда не воровать. Абсолютно не быть подлым! Гарри Джеймсон нарушил два закона: закон против подлости и закон против воровства. Давайте схватим Гарри и вернем его обратно, пока он не стал таким плохим, что люди вряд ли захотят с ним когда-либо знаться. Ну! Стюарт подбежал к шесту и соскользнул вниз, совсем как пожарный, спускающийся сквозь отверстие в пожарном депо. Он побежал к Гарри. Другие дети вспрыгнули со своих мест, и пробравшись под стульями и между проходов, окружили Гарри, в это время Стюарт потребовал, чтобы он вернул мешочек. Гарри казался испуганным, хота знал, что это только эксперимент. Он вернул Кэтрин мешочек.
Что ж, — сказал Стюарт. — Закон вполне хорошо сработал. Не бьтъ подлым — это действительно очень хороший закон.
При утилизации метафоры нет совершенно никакой необходимости "утаивать" тот факт, что она предназначена для "терапевтических целей". Более того, нет необходимости даже в том, чтобы клиент не осознавал аналогий между его ситуацией и сюжетом метафоры. Одним из главных назначений терапевтических метафор является обеспечение клиента возможностью выйти из— за деревьев и бросить взгляд на лес, в котором он блуждал, не находя выхода. С другой стороны, нет нужды и в том, чтобы клиент открыто и на сознательном уровне понимал значение метафоры, поскольку если она действительно изоморфна его ситуации, то все необходимые изменения будут происходить на подсознательном уровне.
