Оформляющие факторы в большинстве предшествуют манифестации невроза на дни, месяцы и годы. А формируя систему ценностей будущего пациента, - и на десятилетия, оставаясь в раннем детстве.
Лишь истерические оформляющие факторы (см. «рентная установка»[92]) отнесены в будущее, суля за болезнь моральные или вещественные льготы.
Наиболее частые из оформляющих факторов приведены в таблице № 8.
Только сведения о болезни и смерти оказались одинаково частыми оформляющими факторами у женщин и мужчин.
У женщин они занимают первое место - 47%. У мужчин -второе - 44%.
На втором месте у женщин, так называемая, рентная установка - 45%. У них она - в два раза чаще, чем у мужчин - 22%.
На третьем месте у женщин соматические болезни - 30%. Они у них в 1,5 раза реже являются оформляющими факторами, чем у мужчин - 48%.
На первом месте у мужчин оказываются соматические болезни - 48%.
На втором - алкогольная интоксикация - 44% и уже названные сообщения о болезни и смерти - 44%.
На третьем месте - повышенные требования к той или иной деятельности - 26%.
А рентная установка только на четвертом месте - 22%.
У мужчин 15% составляют сведения о вреде онанизма. И столько же - сексуальные неудачи.
Таким образом, стало очевидным, что влияние оформляющих факторов зависит не от силы воздействия, но от их личностной и социальной значимости.
В изучаемой группе значимыми для всех оказались сообщения о болезни и смерти.
На мужчин большее влияние оказывают собственная болезнь, повышенные профессиональные требования и сексуальные травмы.
Женщинам болезнь сулила больше социальных и моральных льгот, чем мужчинам, чаще способствуя формированию рентной установки.
Реакция, провоцируемая провоцирующими факторами и направляемая оформляющими факторами, не адекватна по значимости, силе, длительности и значению этих факторов для пациента. То есть ни те, ни другие не могут быть действительной причиной болезни.
Возник вопрос: чем обусловлена такая неадекватная реакция или в чем черпается энергия для такого реагирования?
Ответ был получен в процессе первых двух («симптоматических») этапов «Терапии поведением».
После устранения актуальной для пациента симптоматики невроза актуализировалось «беспричинное» депрессивное или субдепрессивное состояние[93] (на рис. 2. «Напряженность»).
Поиск причин этого «беспричинного» состояния обнаруживал, приводил к осознанию самим пациентом и делал для него значимыми прежде не устраненные и ощущаемые неодолимыми жизненные трудности (в семье, на работе, в быту и так далее) - так называемые «внешние конфликты» (рис. 2).
Оказывалось, что эти неодолимые для пациента трудности существовали задолго до манифестации болезни.
Обычно пациенты отвергают связь своих психосоматических расстройств с внешними конфликтами.
Сложность в том, что «неразрешимые» трудности пациент «старается» не помнить, скрыть даже от себя. Избегает беседы о них, как бесполезной и мучительной.
Вызванное у пациента интуитивное предчувствие, что у психотерапевта есть «ключи» к решению его «неразрешимых» проблем, помогает ему (пациенту) осознать эти проблемы и вернуться к поиску путей их разрешения.
Таким образом, создаются новые жизненные перспективы - то самое будущее, отсутствие которого рождало явную и скрытую депрессию.
Позже оказалось, что внешние конфликты можно вылить и при тщательном знакомстве с жизненной ситуацией пациента уже при первой встрече.
Теперь с диагностической целью сфера конфликта выявляется врачом в беседе, ведущейся, как ассоциативный эксперимент, по эмоциональным реакциям и задержкам пациента в ответ на затрагиваемые темы.
Наиболее частые внешние конфликты приведены в таблице № 9.
Изучение содержания и особенностей внешних конфликтов обнаруживает:
- что это трудности, трагедии и несчастья, встречающиеся в жизни всех людей;
- что у моих пациентов эти беды чаще касаются семейной жизни (90%);
- что мои пациенты, по какой-то закономерности чаще оказываются в целом стечении трудностей, словно «кличут беду».
Возникли вопросы:
- почему под влиянием обычных в жизни невзгод мои пациенты заболевают?
- не являются ли их более частые несчастья следствием их способа жить (определенного жизненного стиля - сценария)? Если это так, то
- чем характеризуется этот способ жить (стиль - сценарий)?
- в чем причины такой частой семейной неустроенности моих пациентов?
В поисках ответов на эти вопросы мы с пациентами выявляли то внутриличностное противоречие - «внутренний конфликт», которое способствовало возникновению жизненных трудностей и делало их для личности неодолимыми (таблица № 10 и рис. 2).
Исследуя преморбидные[94] личностные особенности -акцентуации (4, 15, 16, 21, 30) (таблица № 11), я заметил объединяющую всех моих пациентов жизненную позицию.
