Так вот, совсем недавно слышал я в одной забегаловке на рынке, как один хвастун рассказывал нескольким сеньорам из Сан-Пауло и одной розовощёкой – истинное наслаждение для богатого, – улыбающейся, ах, будь я неженатым… Так вот, как я говорил вам до того, эта сеньора – ухоженный цветок Сан-Пауло – обратила на себя моё внимание; болтун этот, вполне современный молодой человек, не очень изощрённый во лжи, но желающий выпить чашку кофе с заезжими посетителями, убеждал, что Тереза – блондинка, светлая мулатка и толстая; единственное, что он сказал верно, что она храбрая, однако вскоре он покончил и с её храбростью и славой, сказав, что однажды, когда Тереза пыталась развязать драку на улице, он призвал её к порядку бранью и окриками – вот так! Здесь, на рынке Мерка-до-Модело, мой уважаемый, люди слышат ужасные вещи, ложь, которую надо прибивать к стене русским молотком и балочным гвоздём.
Если бы я был знатным аристократом, оставил бы я это занятие – выяснять происхождение; что пользы знать, течёт ли в жилах Терезы кровь малийцев или ангольцев, подсуетился ли здесь араб, или то были цыгане, помогавшие на ферме? Мне рассказывал один молодой человек, что есть такая дона Магда Мораис, так вот она, поддерживаемая сёстрами, говорила, что Тереза – негритянка, глупая и тупая. И блондинка, и негритянка, и не имеющая себе равных красавица, и страшная уродина; на рынке о ней судачат не переставая; в забегаловке я слушаю и молчу, кто, как не я, знает о ней всё, не так ли, кум?
О расовой принадлежности Терезы больше я не скажу ни слова, я не побожусь, что она не Янсан, не её двоюродная сестра, может быть, следующая по воде за родственником Огуном. Что же касается вашей собственной национальности, мой уважаемый, не стоит далеко ходить за правдой, я сей же момент могу сказать о главном в бразильской нации. Под белизной кожи я слышу глухой звук негритянских барабанов – вы скорее всего лорд из нации светлых мулатов, так называемых белых баиянцев, это говорю вам я, Камафеу де Ошосси, Оба де Шанго, поселившийся на рынке Модело в бараке Сан-Жорже в городе Баии – пупе земли.
11Какими же трудными были дни Терезы Батисты, ей приходилось делить их между Жоаной дас Фольяс, Флори Хвастуном, «Весёлым Парижем» и капитаном Жануарио Жерёбой, Жану, как слышалось ей в ласково дующем ветре, в голубином ворковании, в рокоте моря, в любовном шёпоте самой Терезы. Ухаживание поклонников, необходимость посещать кабинет дантиста, настойчивые домогательства Венеранды – всё это делало день Терезы ещё труднее.
