Согласно телеграмме, наравне с представителями других газет, вызывался на съезд представитель и от нашей «Тиршилик», и от вновь открытой организации «Жас казах». Но мы ни от редакции, ни от организации «Жас казах» никого на съезд не послали. В списке специально вызванных значились из акмолинцев Нурлан Кияшев и Нурмагамбет Сагнаев. Этим двум аксакалам, в прошлом крупным феодалам, беспрекословно подчинялись все казахи. Нурлан Кияшев до свержения царя двадцать пять лет непрерывно был волостным управителем, не раз награждался царём и одаривался генералами. В его табунах насчитывалось около полутора тысяч лошадей. Он являлся всемогущей опорой тридцати волостей крупного рода Куандык. А Нурмагамбет, по прозванию Пан (надменный), в честь прибытия царского наследника устроил в Омске пир горой, подарил наследнику орнаментированную золотом белоснежную юрту и три косяка молодых кобылиц с жеребцами; один косяк исключительно чубарых, с чёрными пятнышками, будто капли на белой бумаге, другой косяк — чёрных кобылиц, похожих на бобров, третий косяк отличался изумительной белизной. Было у Пана много чинов, наград, почётных грамот, полученных от самого царя и наследника. Этот известный блистательный бай, авторитетный волостной съездил на паломничество в Мекку, стал хаджи, но был неграмотным, как и другой делегат от акмолинцев Нурлан Кияшев.
Таким образом и второй «Всеказахский» съезд оказался в руках баев, хаджи, бывших волостных и «святых» хазретов.
В Оренбурге собрались отборные волки алаш. От города Акмолинска были на съезде хальфе Галаутдин и купец первой гильдии Кул Пауенов.
Съезд вынес решение организовать единое правительство алаш, создать регулярное войско и начать сбор средств. Избран состав правительства, говоря по-казахски, выбраны визири.
Двадцать пятого января 1918 года газета «Сары-Арка» перепечатала объёмистую сводку из газеты «Казах». Она начинается так:
