Костедробители наблюдали за сражением издалека. Ни у кого из них не возникло даже мысли о том, что их предводитель может проиграть. Тем более вместе с тройкой лучших бойцов. Но это…
— Нам нужно помочь им. И быстро, — мрачно заметил разбойник, оставленный предводителем за главного, когда со стороны дерущихся Лиина и неизвестного тёмного мага в сторону не ожидавших такой атаки Костедробителей хлынула целая толпа странных солдат с глефами.
— Вперёд! — крикнул кто-то из молодых разбойников.
И вот, уже две волны двигались друг навстречу другу. Приверженцы Капельмейстера и разбойники из клана Костедробителей приближались с двух сторон к тому месту, где схватились друг с другом трое искателей приключений и трое лучших бойцов Лиина.
Хит едва успел прыгнуть в сторону, когда по ушам резанул резкий и неприятный звук. Мимо просвистело что-то невидимое, но древесный ствол позади того места, где находился вор, разнесло, словно по нему ударил незримый могучий кулак.
Гинси тоже вынуждена была отвлечься, когда на неё напал с глефой бледный тип с водянистыми, словно незрячими глазами. Девушка от неожиданности споткнулась и упала на землю.
— Эти вообще откуда?! — удивился Хит, но рефлексы сработали раньше. Метательный нож вошёл в горло неизвестному солдату. Гинси успела откатиться в сторону, и мёртвое тело упало рядом с ней.
— Спасибо. — Она сдержанно кивнула, поднимаясь на ноги.
— Похоже, соотношение сил поменялось, — заметил вор, оглядываясь по сторонам.
— Это наши ребята! Костедробители! — Гинси сжала рукояти катаров.
— Я так понимаю, тебя теперь занимают другие цели, верно? — с тонкой улыбкой заметил Хит. — И, не похоже, что эти бледные солдафоны союзники мне и моим друзьям.
— Заткнись и дерись, пижон, — прервала его девушка, первой бросаясь на ближайшего приверженца.
— Я сильнее!
— Нет, я сильнее!
— Нет, я!
— Нет, я!
Внезапно между борющимися просвистело остриё глефы, едва не разрубив им руки. Те едва успели отшатнуться друг от друга.
— Кто тебя просил вмешиваться?! — одновременно возмутились Габор и Глусеор. Двойной удар кулаков воительницы и полувеликана заставил бледного солдата отправиться в полёт на верхушку ближайшего дерева.
— А?! — Глусеор только сейчас заметил, что разбойники схватились с неизвестными солдатами не на жизнь, а на смерть. — Ваши дружки, что ли?
— Вообще впервые их вижу. — Габор нахмурилась, поднимая с земли секиру.
Тут на воительницу напал ещё один приверженец, и стало не до разговоров.
— И всё-таки, философские воззрения раннего Фридриха Муленберга, на мой взгляд, отличались некой эклектичностью.
— Верно, Луэазаэр, верно. Я сам удивляюсь, насколько постулаты, изложенные им в его «Философских письмах» отличаются от максимы «разделения властей» в «Теории правления».
— Тем не менее, ты продолжаешь утверждать, что королевскую власть необходимо разделять на две ветви?
— Нет, думаю, что Муленберг был кое в чём не прав. Он не довёл до ума свою раннюю теорию, хотя смысл в ней был. Судебную систему также необходимо отделять в обособленную ветвь. Согласись, если единоличный правитель будет идиотом, каким может стать нынешний принц Арда, Дозваль, известный своими выходками на всю страну, то система, ориентированная на одну личность, даст сбой.
— Есть ещё ордена, Малвер. Те же Защитники у людей выполняют некоторую роль сдерживающего механизма. К слову, система правления у эльфов в некоторой степени соответствует теории разделения властей, предложенной тобой. У нас есть свой совет старейшин, принимающий законы. Есть король, который следит за их исполнением. И есть друиды, которые осуществляют правосудие.
— Всё-таки, ты умный парень, Луэазаэр. С чего подался в слуги к этому магу?
— Какие слуги? Мы просто соратники, оказавшиеся в одной лодке. Даже не друзья. Вообще, не понимаю, с чего твой…
Тут эльфа и нарсилха, сложивших луки и мирно беседующих в тени дерева, прервали самым беспардонным образом. Из-за одного из деревьев на стрелков вылетел бледнокожий солдат с глефой в руках.
— Вот так сюрприз! — Малвер успел отскочить в сторону от удара лезвия, а Луэазаэр сложил ладони и прошептал пару слов. Едва солдат замахнулся во второй раз, уже на эльфа, как на него прыгнула быстрой тенью гибкая кошачья фигура. Пушистик сомкнул челюсти на голове солдата, после чего с довольным видом сел на теле и начал умываться.
— Странный у тебя тигр. — Нарсилх подошёл поближе и попытался погладить Пушистика, но тот угрожающе зарычал.
— Похоже, пока мы беседовали, какие-то враги напали и на наших, и на ваших. — Луэазаэр осмотрел окружающее пространство своим зорким взором.
— Верно. Общий враг — всегда причина для перемирия. — Малвер с философским видом пожал плечами.
Сражение продолжалось. И, хотя численность разбойников и приверженцев была примерно одинакова, стало очевидно, что первые намного слабее вторых. Даже обученные на уровне королевских солдат, Костедробители не могли справиться с сотворёнными Капельмейстером гомункулами. И гибли, гибли, гибли…
