- Еще одно, что... я думаю, стоит тебе знать, - невольно делаю глубокий, громкий вздох, - не мне, конечно, бы это говорить. Однако... больше некому, - тяжелая пауза, собирая остатки сил, дабы отдать самую страшную тайну своей девочки, отдать им - на растерзание, мерзким тварям окружающего, бездушного, мира. - Она все еще тебя любит. Как тогда... когда повстречала на свою беду и так сильно привязалась. Ждала всё это время. Едва ли каждый день ходила к тебе на могилу, слезно вымаливая прощение. И сейчас ждала, но... испугалась в последний момент и сбежала. Думай, сам решай, конечно. Но знай, то, что у вас было там с ней... Я, правда, не знаю всех подробностей, но точно уверен в одном: то, что случилось в ту далекую, чертову ночь, - пауза, набираясь смелости на важное... ее ... признание, и веду дальше, - было, по истине, искренним. Без притворства.
Тяжело вздыхаю я, прогоняя боль и неловкость; прошелся по комнате, остановился у стеллажей с книгами. Вновь взор на обмершего в жутких, тягостных мыслях, Шона.
И добиваю начатое:
- Зная многие... порой, даже самые жуткие детали ее жизни, могу точно сказать, ты - ... второй мужчина, которого она подпустила к себе. И это за полтысячелетия-то... нелегкой жизни.
Смущение и изумление тотчас взорвались у него внутри.
Метнул на меня удивленный взгляд.
- А первый - это ее муж, причем... еще до обращения в Древнюю, - вздох и присел я на подлокотник кресла. - Как по мне, это - что-то, да значит. Однако, решать тебе. Никто не навязывается и не упрашивает. Все мы - взрослые люди. И нужно рассуждать трезво и правдиво. Тем более, что не каждому по силе выдержать ее судьбу, причем... хотя бы, просто, находиться рядом, сопровождать по этому тернистому, неблагодарному пути. И вновь не пойми меня превратно: я не говорю, что ты должен испугаться. Знаю, что не трус, ведь иначе бы никогда не смог бы даже привлечь ее внимание, а не то, что бы... покорить сердце. Просто... - и сызнова вздох, перебирая мысли. - Просто, знай. Что и как. И куда ведет тот или иной выбор. Если честно, как по мне, пусть бы и дальше оставались все эти ее чувства да терзания сокровенной тайной, однако... это было бы уж слишком несправедливо по отношению к ней.
Взгляд, уверенный и смелый на молодого человека, уже решаясь на собственную искренность.
- Я знаю, что и ты был с ней честен. И чувства твои были настоящими, - вмиг выстрелил мне в глаза Крег взглядом, выдерживаю зрительный бой, - иначе бы она тут же почувствовала обман, твою игру. И не поверила бы, не пошла за тобой, и не хотела бы так отчаянно предать всё свое прошлое и всё то, что так рачительно создавала веками. Но ее поступок по отношению к тебе ужасен. Не спорю. Никто не спорит. И тем не менее, Виттория свое наказание тоже приняла и исполнила. Ты - под землей. Она - под небесами. Маялась, корила себя, ненавидела. Не жила... - отбывала.
- Я ее слышал, - внезапно отозвался Шон.
- Что, прости? - нахмурился я в непонимании.
- Я ее слышал. Конечно, я думал, что просто сошел с ума. Галлюцинации. Выдумка. Сон, в конце концов, но затем... затем это стало повторяться слишком часто. Ее плач, крики, просьбы. Я ничего не мог поделать - будь это хоть правдой, хоть ложью. Это было жутко... И ты прав. Я, действительно, ее полюбил. Эту чертовку, - закачал головой. - Такого взрыва эмоций, который я пережил в ту ночь, никто бы... наверно, не выдержал. Но мне повезло - она ответила взаимностью, - вдруг взгляд перевел на меня Крег, в глаза. - Я благодарен тебе за искренность и за все, что ты мне рассказал, - тяжелый вздох. - Однако...
(в душе моей похолодело, замер, не дыша)
- Однако, - продолжил Шон. - Сам понимаешь, я не могу всё сейчас бросить и пуститься за ней. Здесь моя семья - и я нужен им сейчас. А, когда все закончится, ... там... видно будет, - виновато поджал губы, - по крайней мере, я думаю, стоит дать нам высказаться друг другу. - Криво, едко ухмыльнулся, что-то вообразив в своей голове. - А коробку, - метнул взгляд на руки свои, - я передам. Отдельное спасибо. Это - и, вправду, важные вещи для Майи. Благодарю.
Понимающе я закивал, печально улыбаясь. Вздох...
- Хорошо. Я рад, что ты меня выслушал. Никто никого никуда не торопит. Пятнадцать лет ждала, думаю... и это вытерпит.
Неловкая пауза...
- Расскажи мне что-нибудь еще о ней, - вдруг несмело отозвался, едва ли не шепотом, Шон.
Перебираю в голове мысли, воспоминания - и уступаю...
