– Последним я добавила дело Тео Баландо. Вкратце напомню факты тем, кто о нем забыл. В прошлом ноябре подростка задержали в доме его родителей, когда он собирался отправиться в лицей, прихватив с собой охотничьи ружья отца, и устроить там стрельбу. К счастью, его посты в Фейсбуке накануне несостоявшейся бойни всполошили близких и знакомых. Мальчик молчит со дня ареста, но я спрошу у следователей, которые ведут его дело, нет ли причин думать, что он действовал под чьим-то влиянием. И по поводу старика, отравившего молоко в супермаркетах, тоже свяжусь с теми, кто занимается расследованием.
– Еще вчерашняя бойня в ресторане, – добавил Сеньон.
Лудивина энергично закивала и начала было дописывать в низу листа, но полковник, подавшись вперед, ее прервал:
– Оставьте пока это дело. Нельзя так распыляться, у нас и без того полно работы с конкретными фактами. Эти истории отложим на потом.
Лудивина собиралась броситься на защиту своей точки зрения, но наткнулась на взгляд начальника и прикусила губу, заставив себя замолчать.
– В завершение обсудим дело в Брюнуа, – сказал Жиан.
На этот раз Лудивина указала на Магали, и та взяла слово:
– Расследование только началось, мы пока разбираемся с местом преступления. На первый взгляд следов взлома нет, ничего не украдено, и нет признаков борьбы ни в доме, ни на теле при внешнем осмотре. Врач полагает, что Жозе Солис умер на месте. Поскольку у нас мало контактов в судебно-медицинском отделении Эври, я отправила труп в Гарш. Парижский ИСМЭ завален работой из-за стрельбы в поезде и в ресторане. Уровень экспертизы в Гарше ничуть не хуже, к тому же есть надежда получить результаты аутопсии самое позднее в начале следующей недели.
– Что означает «умер на месте»? – спросил полковник Жиан. – От естественных причин?
– Пока судмедэксперт не может ответить, но думает, что это был сердечный приступ.
– Я полагал, это убийство, – удивился Жиан.
– Еще неизвестно.
– Ванкер, что наш сатанист сказал о жертве?
– Что Солис не вынес потрясения при виде истинного лица дьявола. Оттого и умер.
Жиан скорбно развел руками.
– Этот псих меня доконает, – устало сказал он. – Ладно. Давайте дальше. Прокурором по делу назначен Муруа.
– Почему не Кафэль? – удивился Сеньон.
– Кафэль и так загружен по макушку, а дело приобретает неожиданный размах. Муруа из тех, кто дает следователям работать так, как они считают нужным, но требует регулярно предоставлять ему отчеты. В принципе, человек он неплохой. Ванкер теперь старший следователь в группе, и она возглавляет расследование… Кстати, вы не могли придумать название получше, чем «666»?
Сеньон указал подбородком на Лудивину:
– Это ее инициатива. Кому еще могла прийти в голову такая идея, полковник? – Идеально белые зубы оскалились в издевательской улыбке.
– От этого дела несет серой[32], полковник… – попыталась глуповато оправдаться Лудивина.
Жиан встал, досадливо покачав головой, будто ему, взрослому человеку, приходится иметь дело с шайкой подростков-переростков.
– Одни проблемы от вас, – процедил он без намека на улыбку. – Хорошенькое начало… Ванкер, какие ваши дальнейшие действия?
– Я жду результатов вскрытия и анализа образцов с мест преступления в Ла-Курнев и Брюнуа. А пока попытаемся сами что-нибудь выяснить о двух жертвах и будем надеяться, что ДНК Чудилы поможет установить его личность.
– Отлично. Держите меня в курсе.
Полковник и его зам, как всегда помалкивавший, покинули конференц-зал вместе с Ивом, который повел их на первый этаж, во владения Бригады по борьбе с наркотиками.
Оставшись без начальства, члены группы «666» переглянулись.
– Расходимся? Нужно заполнить кучу бумаг, – сказал Франк, удрученный этой перспективой.
Трое следователей из группы Магали удалились в свой кабинет. Сеньон тем временем продолжал внимательно поглядывать на Лудивину.
– Что? – спросила она.
– Почему у меня такое ощущение, что ты не все сказала Жиану?
– Я?
– Да. Ты.
Лудивина не смогла сдержать улыбку:
– До чего же ты хорошо меня знаешь, Сеньон. Прямо бесит.
– Давай колись.
– Ох, блин… – заранее испугался Гильем того, что сейчас услышит.
– Я хочу воспользоваться САС[33], – заявила Лудивина. – Пробью по ней смерть в Брюнуа. Возможно, были похожие случаи.
– Почему ты так думаешь?
– Интуиция.
– Лулу! Ты меня за идиота держишь? – обиделся Сеньон.
– Это идеальное убийство – нет следов борьбы, взлома, крови…
– Может, потому, что это и не убийство вовсе? – предположил Гильем.
– Или потому, что убийца – мастер своего дела, – парировала Лудивина. – Он действовал методично и хорошо постарался. Сомневаюсь, что это его дебют.
– Ты потеряешь чертову уйму времени, – предупредил Сеньон.
– То же самое мне сказал бы полковник, если бы я поделилась с ним планами. Можно не сомневаться.
Сеньон поднялся из-за стола:
– Ну, если хочешь убить на это весь вечер – вперед. Дело твое, в конце концов. А меня ждут жена и двое детей.
Гильем, человек прагматичный, поинтересовался у Лудивины:
