Роман о будущем России, которой уже нет. Вместо России Терра Инкогнита, населенная дикими племенами, разговаривающими на русмате… Контролируемая ООН и внешне, и изнутри. И конечно талантливый вождь одного из племен, имеющий в помощниках двух людей из внешнего мира, мечтает захватить этот самый внешний мир — уже летающий к звездам, своим могучим войском на коровах, вооруженных дубинами… Один помощник — Главный Воин, бывший Наблюдатель ООН, второй Бринер, контрабандист предметов с Территории во внешний мир. За формой сайнс-фикшен скрывается грусть и философские раздумья — ни кого нельзя бросать на пути к будущему, и нет другого пути, чем общечеловеческий.
Наблюдатель — мужчина или женщина, окончивший Школу Наблюдателей ООН и служащий в Форпостах ООН на Территории с целью охраны Мира, Прогресса и Цивилизации. Основная функция Н. - наблюдение. Главная заповедь Н. - не вмешательство. Быть Н. почетно и престижно. Н. - одна из уважаемых профессий Цивилизованного Мира.
Большая Мировая Энциклопедия, том 192, стр. 1248.
Форпост — Оплот Цивилизации на Территории, место жительства и работы Наблюдателей,
Из лекции преподавателя Школы Наблюдателей ООН.
Территория — большая часть суши, заселенная дикими племенами с зачатками социальности, культуры и государственности, окруженная Цивилизованным Миром.
Из доклада Председателя ООН на конференции ООН 2219 года.
.
Джимми шел по коридору Школы. Шел гордо, как подобает идти курсанту Школы Наблюдателей ООН… Курсанту, отучившемуся десять долгих и трудных лет, а сегодня ожидающему Выпуск!
Джимми шел гордо, но осмотрительно, ловко увертываясь от всевозможных и многочисленных ловушек, которыми Школа была набита сверх меры.
Джимми шел по коридору шкоды., он шел к директору школы, грозному, но справедливому, любовно прозванному курсантами школы, еще давнего, одного из первых выпусков, но передаваемое по наследству, ласковым прозвищем — Старый Крокодил… Курсант был вызван к Старому Крокодилу по селектору внутренней связи и теперь шествовал по коридору, гордо, но осмотрительно, ловко увертываясь от ловушек, разбросанных и так далее. То стальной шар на тросе, диаметром с метр, на огромной скорости просвистит там, где еще мгновение назад находилась голова Джимми… То острый стальной штырь вонзится в пол и только отменная реакция, ловкость и умение, выработанное долгими годами тренировок, спасет правую ногу курсанта от вроде бы неизбежной страшной травмы… Но недаром курсант дожил до Выпуска целый и невредимый, не имея ни одного шрама, и совсем недаром его показатель интеллекта по Фридману-Крюкину при среднем естественно 100, достигал аж сто двадцать девять! Совсем недаром! Курсант Джимми Остенбакен просто предугадывал всевозможные ловушки и в последнею секунду, нет! в последнее мгновение — то отпрыгивал, то отклонял голову, то просто отодвигал ногу в сторону… Джимми шел по коридору Школы. К директору. К Старому Крокодилу… А это что-то значило.
Увернувшись от упавшей на него со страшным грохотом стальной двери директорского кабинета, уже надоело — мелькнуло в голове, все одно и тоже, ни какого разнообразия, Джимми твердо печатая шаг, вошел к Директору. Тот сидел за пустым, полированным, столом, размером с космодром, под портретом основателя Школы Наблюдателей легендарным Кларком Ойстрехом (об этой легендарной личности чуть позже), в кабинете так же наличествовало все то, что составляет атрибутику кабинетов — шкафы с книгами, знамя Школы, кресла для посетителей, компьютер и прочая чепуха.
Сам же директор, как уже было сказано, возвышался-восседал за столом, идол и кумир, с обожженным лицом и лысым черепом, одноглазый и однорукий, одноногий и одноухий, морда вся в разводьях шрамов лилового, синего, сизого цвета, он был главным героем снов почти всех без исключения девушек города Кеприджа (от пятнадцати до шестидесяти трех лет)… Где располагалась Школа. Директор был герой, Директор был Там!.. Директором бредили многие…
— Курсант школы Наблюдателей Джимми Остенбакен явился по вашему вызову, сэр! -
проорал изо всех сил Джимми и глянув правым глазом на потолок, сделал шаг в сторону, примерно метра на полтора, директор с нескрываемым, сожалением тоже посмотрел на потолок, крякнул с досады, и не скрывая своих чувств, ярости и обожания к курсанту-отличнику, прорычал:
— Курсант Остенбакен! Школа доверяет вам и оказывает честь — нести знамя Школы, знамя овеянное неописуемыми подвигами наблюдателей, бывших курсантов Школы, знамя покрытое славой, кровью и заревом пожарищ славных битв, одним словом, сынок, понесешь не яйца, а знамя, на выпуске! Все ясно?!
— Так точно, сэр! Не яйца, а знамя, сэр! Не посрамлю шкоду, сэр! Горд оказанной честью, сэр!
Директор улыбнулся самой обаятельной улыбкой, на какую только был способен из-за обожженного лица, показав все свои тридцать два отличных искусственных зуба и не вставая, протянул Джимми правую, настоящую руку. Курсант, тоже улыбаясь во весь рот, шагнул к столу и пожал легендарную руку Директора, Старого крокодила, руку с тремя всего оставшимися пальцами, всю в шрамах. Пожал, полный восторга, но другой рукою прижал к столу левый протез-руку Директора, из кулака которого уже поблескивал синей сталью ниберийский кинжал.
Джимми и Директор посмотрели друг другу в лицо, подмигнули и одновременно отпрянули-отшатнулись, зорко следя друг за другом. Курсант козырнул и проорал;
— Разрешите идти, сэр?!
— Вали, -
