Помимо Рона досталось и Гермионе. Макгонагалл отчитала ее за то, что девушка не имеет понятия, как должны вести себя настоящие студенты дома Годрика, за то, что студентка всегда действует по своему и не желает считаться с мнением своих однофакультетников. И вновь, впервые за все время своей работы в школе Макгонагалл сказала своей ученице, что та недостойна носить гордое звание Гриффиндорки. И вообще, она разочарована в мисс Грейнджер и мистере Уизли. А вот Гарри и Невилла женщина не осудила. Наоборот, в ее взгляде на них читалось одобрение. После того скандала и Грейнджер и Рону гриффиндорцы объявили бойкот. Гермиона, уже однажды почувствовавшая на собственной шкуре, что это такое, переносила его легче. А вот рыжий. О, ему было очень сложно. Мало того, что его игнорировали однофакультетники, а за ними, глядя на их поведение и райвенкловцы с хаффлпаффцами, так еще ему досталась и от братьев с сестрой. Макгонагалл сдержала свое слово и написала миссис Уизли очень подробное письмо. Подняла женщина и вопрос об отчислении алознаменного студента на ближайшем собрании, но Дамблдор вступился за младшего сына своих самых верных последователей, таким образом Рон остался в школе. Но иногда ему больше хотелось вернуться домой, так как находиться в Хогвартсе в сложившихся обстоятельствах ему было очень сложно. А еще юноша был неимоверно зол на Гарри и Невилла. Он уже давно копил в себе обиды и претензии к Поттеру и вот теперь добавилось еще. Рональд Уизли решил, что еще до конца пятого курса он отомстит своему бывшему другу. Отомстит так, что тот надолго это запомнит.
Гарри негромко переговаривался с Невиллом, сидя на завтраке в Большом зале. За последнее время парни очень сблизились. Лонгботтом каждый раз радостно улыбался, чувствуя, как древняя связь между ними становится все крепче. Сегодня он собирался рассказать другу об этой связи. Но сначала они оба полюбуются на бесполезные попытки Амбридж поиздеваться над учениками.
Гарри был в предвкушении сегодняшнего урока ЗОТИ. С того дня, как Посланник по колдовал над Амбридж, эта с позволения сказать женщина не могла никак оскорбить ни одного ученика, а тем более применить к нему свой излюбленный метод издевательств — кровавое перо. Хотя, глядя на нее, Гарри понимал, что упрямства у этой «дамы» больше, чем у осла, причем такого же глупого упрямства. Видимо, Амбридж никак не могла сообразить, что же не так с ее орудием пыток. Каждый раз, когда она заставляла студентов писать этим предметом строчки, порезы появлялись на ее теле. А вместо оскорблений у нее изо рта вылетало кваканье. Отчего большая часть занятия превращалась в цирк.
Сейчас же, пока занятия не начались, Гарри и Невилл, наложив вокруг себя чары конфиденциальности, обсуждали очередное предстоящее занятие их клуба защиты. На данный момент в него входило двадцать четыре человека, включая и их самих. Совсем недавно к ним присоединился Драко. На этом настоял Гарри и члены клуба восприняли это на удивление спокойно. Невилл объяснял это тем, что они полностью доверяют своему лидеру, то есть Гарри Поттеру. Сам же зеленоглазый маг понемногу приглядывался к «своим» ученикам, решая, кто из них однажды переступит границу этого мира и Terra Nova. В Невилле он был уже сейчас уверен и ждал лишь последней битвы с Темным Лордом. Гарри решил, что как только Волдеморт канет в Лету, он все расскажет тому, кто стал ему настоящим другом. И вполне возможно к тому времени появятся еще кандидаты на переселение в его мир.
