Крикуны по-прежнему верещали. Правда, теперь их вопли уже не давили на мозги, сводя меня с ума. Полные боли и страдания, они выражали весь спектр эмоций, испытываемых сейчас мутняками.
Способность контролировать себя вернулась, как только исчезло направленное воздействие звуком. Головная боль заметно утихла, череп уже не трещал по швам, угрожая лопнуть в любой момент. Я пошевелился, нашарил рукой автомат, подтянул его к себе и попытался встать. С третьей попытки это удалось, правда, мотало меня из стороны в сторону, как последнего пьяницу.
Привалившись плечом к стене, я трясущимися руками поднял автомат на линию огня и нажал на спусковой крючок. «Калаш» задёргался, словно пытаясь вырваться из рук. К счастью, Байкер стоял в стороне, и ни одна из выпущенных мною пуль не задела его. Не знаю, все ли они попали в цель, но часть из них точно угодила в скулящих на полу мутантов. Несколько тварей замолкли навсегда.
Вскоре я полностью оклемался, и ко мне вернулась способность соображать. Первым делом я бросил взгляд на потолок. Там, где раньше сверкала холодным блеском «слюда», теперь темнело огромное чёрное пятно. Видимо, с его появлением и были связаны те самые молнии, что помогли нам, поджарив мутантов.
Вдвоём с Байкером мы быстро прикончили уцелевших после электрической бойни крикунов. Пока сталкер перезаряжался, я встал на колени перед Настей и резкими ударами по щекам привёл её в чувство. Лишь когда она громко втянула ртом воздух и закашлялась, я сообразил, что лучше было бы дать ей понюхать смоченную в нашатыре ватку, а не бить по лицу.
– Максим! – крикнула Настя, едва к ней вернулась способность нормально дышать, и попыталась встать. Я помог ей подняться. Опираясь на моё плечо, девушка поковыляла к заваленной трупами мутантов операционной.
Байкер перегородил нам дорогу:
– Сначала надо пополнить боезапас. Лично у меня осталось два полных магазина, думаю, у вас дела обстоят не лучшим образом.
– Там мой сын! Он звал меня! Я должна его найти! – запротестовала Настя.
– Ты вряд ли ему поможешь, когда у тебя кончатся патроны. К тому же нас теперь трое – Арину утащили мутанты. Потеря даже одного человека в такой ситуации чревата опасными последствиями, а если мы ещё при этом окажемся безоружными… – Байкер скептически поджал губы и покачал головой: – Боюсь, тогда у нас вообще не будет шансов отыскать его.
– Он прав, – поддержал я его и кивнул на трупы крикунов: – Кто знает, сколько их нам ещё встретится. С большим боезапасом вероятность найти мальчика многократно возрастает, не говоря уж о том, что это позволит нам выжить.
Настя помолчала несколько секунд, разрываясь между желанием немедленно отправиться на поиски сына и здравым смыслом.
Байкер положил руку ей на плечо:
– Я помогу тебе найти сына и сделаю для этого всё, что в моих силах, но ты должна принять верное решение.
Настя посмотрела на него, поджав губы и чуть склонив голову набок.
– Обещаешь?
– Клянусь, – кивнул Байкер.
Она повернулась ко мне:
– А ты, Купрум?
– Зуб даю, – сказал я и чиркнул ногтем по зубам.
– Ладно, – тряхнула головой Настя. – Пошли за патронами, но потом сразу сюда – и больше никаких остановок.
– А это уже не от нас зависит, – хмыкнул Байкер, за что Настя буквально испепелила его взглядом. – Сомневаюсь, что это была последняя встреча с местной фауной, – пояснил он.
По дороге на улицу Байкер поделился своими мыслями насчёт того, где нам искать патроны. По его мнению, на территории воинской части обязательно должен быть склад боеприпасов и арсенальная комната: там мы могли бы не только пополнить боекомплект, но и разжиться новым оружием.
Бородач оказался прав. Склад боеприпасов представлял собой здание из красного кирпича под ржавой двускатной крышей. В отличие от других построек воинской части на нём не было никаких указующих надписей или табличек, но по обитой железом двери и толстым решёткам на узких окнах было понятно, что там хранится что-то ценное.
Чтобы попасть внутрь, Байкер израсходовал ещё одну гранату. Он приспособил её к накладке на замок двери, а после вместе с нами спрятался за угол. Взрывом дверь искорёжило так, что мы без проблем проникли внутрь, включили налобные фонарики и обомлели от увиденного. Заставленные ящиками со всевозможными боеприпасами длинные стеллажи уходили вдаль, теряясь в темноте.
Мы ощутили себя оказавшимися на острове сокровищ пиратами и повели себя точно так же – с той лишь разницей, что нагребали горстями из вскрытых цинков совсем не золото и драгоценные камни. Когда все запасные магазины были полностью укомплектованы, а специально приспособленные для этого кармашки разгрузок заняты выстрелами для подствольников и ребристыми кругляшами гранат, мы стали набивать карманы патронами.
– Хватит. Все припасы отсюда всё равно не унесём, – с явным сожалением в голосе сказал Байкер. Перемотанный крест-накрест пулемётными лентами, с револьверным гранатомётом в одной руке и РПК в другой, он походил на героя боевиков. («Абакан» и дробовик он оставил при себе, убрав пока за спину.)
