В этот момент на него и посмотрел Савелий. А сержанту только это и нужно было: он взглядом поддержал его. Но дальше произошло совсем непредвиденное: неожиданно мужчина ударил Савелия по голове и втащил его безвольное тело в машину, которая мгновенно сорвалась с места. Нужно было что-то срочно предпринимать…
Савелий очнулся и при свете тусклой лампочки увидел, что лежит на огромной кушетке в какой-то мрачноватой комнате без окон и дверей. Кроме кушетки, в комнате ничего не было, даже какой-нибудь посудины для отправления естественных нужд. Из чего следовало, что долго держать его здесь не собираются. Но хорошо это или плохо, пока было непонятно. С удовлетворением отметил, что на его «опасные» часы никто не позарился, и по ним определил, что с того момента, как он потерял сознание, прошло немногим более получаса. Сильно болел затылок, во рту ощущался солоноватый привкус крови: видно, во время удара он прикусил язык. С удивлением обнаружил, что ни руки ни ноги у него не связаны.
«Интересно, к кому я попал и что им от меня нужно?» — подумал Савелий и «прислушался», но ничего не услышал: либо в доме никого не было, либо комната находилась где-то глубоко под землей.
Поднявшись с кушетки, Савелий медленно обошел свою темницу, но ничего стоящего не обнаружил, пока не оказался рядом с дверью. Несмотря на то что она была стальной, он заметил небольшую щель у самого пола, тут же лег и как можно ближе приставил к щели ухо. Сначала, кроме звуков, очевидно, включенного телевизора, ничего не было слышно. Наконец где-то стукнула дверь и раздался встревоженный голос:
— Выключай, Франко. Дон Кастелло приехал! Мгновенно звуки телевизора смолкли, и послышался уверенный баритон:
— Где наш гость?
— В подвале.
— Приведите. Только повнимательнее.
— В каком смысле?
— В смысле здоровья.
— Его?
— Своего, Франко, своего! Ты же видел, что он творил в аэропорту?
— Да уж… У нашего Винченце, несмотря на его габариты, едва голова не отвалилась!
— До сих пор очухаться не может! — подхватил другой.
— Как вам удалось от копов оторваться? — спросил хозяин.
— Как я увидел, что Тино «пригладил» нашего гостя и запихнул в машину, так сразу сообразил, что пора смываться.
— Ладно, ведите гостя.
Через несколько минут в сопровождении трех боевиков под прицелом двух пистолетов Савелия провели по лестнице вверх и доставили к Дону Кастелло. С интересом осмотрев его с ног до головы, Дон Кастелло, словно разговаривая сам с собой, произнес с некоторым удивлением:
— Ничего уникального в нем не вижу, а шуму сколько. — Но мысли его были совсем не о том, другие: «Это самые легкие деньги, которые мне когда-либо удалось заработать…»
— Может, вы скажете, кто вы и зачем я вам понадобился? — вежливо спросил Савелий.
Он давно понял, что попал не к тем, кто вызывал его из Москвы, и уже подумывал, как выбраться отсюда. Останавливало только одно: он до сих пор не знал, каким образом выйти на тех, кто захватил Воронова. Потому и «тянул резину».
— Ты многим интересен, господин Бешеный! — Его прозвище Дон Кастелло почти точно произнес по-русски.
— И вам в том числе?
— К счастью для тебя, с моей стороны ничего личного: чистый бизнес!
— Видно, много вам посулили, если на такие хлопоты пошли! — с иронией предположил Савелий.
— Более чем достаточно! Потому и… — Закончить мысль ему не дал вбежавший подручный.
— Дон Кастелло, к вам гость! — взволнованно объявил он.
— Кто?
— Ли Бао!
— Вот старая лиса: уже тут! — недовольно пробормотал хозяин дома. — Зови!
В комнату буквально влетел седовласый китаец, на вид ему было не менее восьмидесяти лет. Но несмотря на свой почтенный возраст, он был подвижен, даже стремителен. Он появился в окружении трех китайцев довольно внушительного для Востока вида: каждый более метра восьмидесяти ростом. Одеты они были по-европейски, в черные костюмы, а на одном, несмотря на жару, еще длинный темно-синий плащ.
— Приветствую тебя, дорогой Ли Бао! — встал ему навстречу Дон Кастелло. — Очень рад тебя видеть! — намеревался обнять его, но тот с явным недовольством отстранился, однако подал руку.
— Оставим любезиносити! — сухо осадил собеседника китаец. — Пирямо сикази, сиколико ти хочес за сивоего пиленика?
— Дорогой Ли, я очень уважаю тебя, — осторожно начал Дон Кастелло. — Мне достаточно той суммы, которую я уже заработал.
— Этот син собаки убиль моих любим ии винюки, и нет мине покоя, пока я не сиделаю емю симерит! Я долизен убити его! — Видно было, с каким трудом он сдерживает свою ярость и потому еле цедит слова. Разговаривая с Доном Кастелло, Ли Бао с такой злобой, не мигая, смотрел на Савелия, что казалось, еще мгновение, и он зубами вцепится в его горло.
Савелию удалось «подслушать» его мысли: «Я стольких отправил на тот свет, но никогда не радовался, как радуюсь сейчас, в предчувствии того, что свои руки омою твоей кровью, ублюдок!»
— Вы ничего не путаете, уважаемый? Вас я вижу впервые, а ваших внуков вообще никогда не видел, — спокойно заметил Савелий.
— Не видел моих винюки? — еще больше разозлился тот. — Ти полинии лизечи! Мозет, и фамилию Велихов ти силисис виперивии?
