Мариша хотела продолжить обличительную речь, она могла еще много чего сказать мерзавцу Григорию, но тут она вспомнила про еще одного участника этой истории, для которого это участие закончилось трагически.
– А дядя Коля? – спросила она. – Его смерть – тоже твоих рук дело?
– Моих, – с видимым удовольствием признался Григорий. – Конечно, моих! Все сам, все сам. Поверишь ли, совершенно замотался.
Марише стало окончательно страшно. Этот человек сумасшедший. А сумасшедших она побаивалась. Вот никого не боялась, а от сумасшедших ее начинало нервно трясти. От этих людей никогда не знаешь, чего ждать. То они разговаривают с тобой ласково, а через секунду норовят схватиться за что-нибудь тяжелое да и тюкнуть тебя этим тяжелым по макушке.
– Лично к самому старику я никакой антипатии не испытывал. Если бы не он, то я убил бы кого-нибудь другого. Возможно, эту старуху, к которой он регулярно приволакивался и которая сидела на входе в доме Игоря.
И расслабившись, Григорий пустился в пространные объяснения:
– Мне было важно подставить Игоря, вывести его из игры. Он стал слишком меня нервировать. Да и Натали… Она все время думала о нем.
– Чего же не убил? – иронично приподняла бровь Мариша.
– Убивать его я не хотел. Это выглядело бы слишком нарочито и могло привести следствие ко мне. А вот подставить… Очень даже запросто. И я придумал, как это сделать. Мне был нужен труп в квартире Игоря. Так, чтобы Игорю пришлось стать беглецом. Ну а еще лучше, провести некоторое время за тюремной решеткой. Годиков так пять или семь. За это время я бы уже уговорил Натали выйти за меня замуж. Ну а потом мы бы стали с ней жить на деньги ее предков.
– Значит, Натали ты убил, потому что заподозрил, что она хочет свинтить от тебя обратно к Игорю? А дядю Колю убил, чтобы вывести из игры Игоря? Так?
– Боже мой! – поморщился Григорий. – Что за выражения? Свинтить!
– Ну извините! Высокосветским манерам не обучены!
– Оно и видно.
– А вот хамить мне не надо, – укорила его Мариша. – Лично с тобой мне все ясно. Осталось выяснить последний вопрос.
– Я весь во внимании.
Григорий не скрывал своей иронии, но Марише было все равно. Она пришла сюда, чтобы расставить все точки и запятые в этом деле. И она их расставит!
– Где найти Хана?
– Хана-а-а… – протянул Григорий с уже открытой издевкой. – Ха-а-ан тебе понадобился. Ишь ты! А больше тебе ничего не нужно?
– Мне нужен Хан, – твердо заверила его Мариша.
– Ничем не могу тебе помочь. Ищи его сама.
– Значит, отказываешься помогать следствию?
– Какому следствию? – расхохотался Григорий. – Я тебя умоляю! Ты сама уже труп! Живешь и дышишь по чистому недоразумению. Только потому, что я тебе это позволяю. Да, впрочем, чего дальше ждать? Пора наконец исправить эту ошибку природы.
Внезапно у него в руках появился пистолет. Такого поворота событий, признаться, Мариша совсем не ожидала. Она не думала, что Григорий пойдет на риск и прикончит ее прямо в квартире. Впрочем, разве можно хоть в чем-то полагаться на человека, который уже отправил на тот свет двоих людей?
Но вот быть третьей Марише совсем не хотелось. И она произнесла, как можно спокойнее, стараясь сдержать предательскую дрожь в голосе:
– Григорий, положи оружие. Не усугубляй свое и без того печальное положение.
– Печальное? Наоборот! Я – богат! Во всяком случае скоро буду богат. А ты… Ты умрешь. Неужели ты воображала, что меня остановит еще одно убийство?
– Вообще-то нет, – печально произнесла Мариша. – Не думала. И поэтому я подстраховалась.
С этими ее словами дверь в квартиру вынесло сильным взрывом. Взрывной же волной отбросило в сторону Маришу и качнуло Григория. Пистолет в его руках выстрелил, и почти одновременно раздался чей-то крик. В дверь уже вбегали люди в бронежилетах и с автоматами в руках. От разбитой штукатурки в квартире стояло густое облако пыли. Уши у Мариши заложило. И, падая на пол, она даже не сразу сообразила, что кричит не кто иной, как она сама.
Когда Мариша очнулась, первое, что она увидела, было лицо следователя Холмогорова, которое покачивалось перед Маришой среди мутного облака – двоилось и даже троилось. Поморгав, Мариша избавилась от мути в глазах и добилась минимального количества Холмогоровых.
– Привет, – произнес Холмогоров, заметив, что Мариша открыла глаза. – Как вы?
Мариша собралась ответить, что все прекрасно, но обнаружила, что не может нормально говорить. Из горла вырывался лишь какой-то жалкий писк.
– Хотите воды? – моментально подхватился следователь. – Вот тут! Специально для вас принес!
Мариша с благодарностью приняла прохладный пластиковый стаканчик из рук следователя и жадно выпила воду. Ей сразу же полегчало, и она обрела возможность говорить.
– Где я?
– Вы в больнице.
– А… а что со мной?
