Она посмотрела отстраненным взглядом на красивого, широкоплечего мужчину с золотыми кудрями и ямочками на щеках. Если бы он тогда, когда нужно было ей, позвал Крис замуж, она согласилась бы без промедления. А сейчас страсть испарилась. Да и подозрительным были все его действия. Захотелось жениться ни с того ни с сего.
К Генриху поспешила администратор. Он на английском опросил свободный столик на двоих. Улыбчивая девушка сообщила, что заказанных столов нет, и предложила выбирать любой свободный. Он кивнул и прошел дальше в зал. И тут увидел Кристину. Широко улыбнулся и шагнул к ней.
- Привет, моя рыбка! Я так рад тебя видеть! – Крис поморщилась. Она терпеть не могла, когда он звал ее рыбкой. Только первые три дня это казалось милым. А потом начало просто бесить. Странно, Максов «мышонок» таким отторжением в ее сердце не отзывалось. Хотя, если разобраться с точки зрения животных, то еще стоит хорошо подумать, кто лучше.
- Привет, Генри! – поздоровалась она и встала, подставляя щеку для поцелуя. Нет, это не был сексуальный жест. Просто в их среде было так принято здороваться с друзьями.
Он же, воспользовавшись возможностью, поцеловал ее в обе щеки и наклонился над губами. Но девушка уперлась руками ему в грудь, слегка оттолкнула и тут же ела на свое место, словно хотела выставить стол в качестве защиты.
- Что-то ты такая колючая стала! – Керн насмешливо выгнул золотую бровь. Еще месяц назад она бы задохнулась от восторга. Но точно не сейчас. – Я пришел обсуждать с тобой приятное событие. А ты словно и не рада меня видеть.
- Я тоже пришла осуждать приятное события для меня. Только сомневаюсь, что они у нас с тобой совпадают.
Он ухмыльнулся, но развивать тему не стал, уводя разговор в другую сторону. Видимо, решил разведать обстановку и разведать, какая методика лучше сработает:
- Как ты здесь живешь? Как новая страна? Домой не хочешь?
- Живу хорошо, домой хочу, но не насовсем. Посмотреть на друзей и вернуться обратно. Это все же моя родная страна, если ты не в курсе. Обе моих бабушки были русскими, мама тоже. Говорят, что русский дух передается с кровью, - девушка ответила монотонно, показывая свое безразличие. – А что хотел ты? Просто увидеться со мной или дело какое привело?
- Дело, и ты знаешь какое, - нахмурился Генрих. Затем засунул руку в карман и достал коробочку в форме сердечка. Раскрыл ее, являя миру красивый перстенек с бриллиантом. – Кристина, выходи за меня замуж!
И выжидательно застыл. Она замерла, затем поморщилась, недовольно выдохнула.
- Я же тебе уже отказала. Почему ты решил, что сейчас я передумаю?
Закончить диалог им не дала официантка, которая подошла уточнить, готовы ли они сделать заказ.
- Мне, пожалуйста, какао с маршмеллоу, - попросила Кристина. Ей очень нравился вариант подачи этого напитка в эмалированной кружке. Что-то такое далекое из детства. Бабуля часто наливала ей в подобную посуду под ворчание отца.
- Зато точно не разобьет! – парировала бабушка Маша, намекая на горячий нрав девочки.
Кристина перевела взгляд на Генриха и спросила:
- Тебе что-то заказать?
- А мне, фройляйн, рюмка русская водка! – ответил он с кривой усмешкой на русском языке. Официантка если и удивилась, но вида не показала.
Сделав заказ, бывшие любовники застыли друг напротив друга. Каждый думал о том, как лучше продолжить диалог. Первым не выдержал Керн:
- Ты мне отказываешь? – и получив ее утвердительный кивок, громко захлопнул коробочку, привлекая взгляды всех посетителей и работников кафе.
- Генри, весь мир на мне не сошелся. Ада и Гела обе в тебя влюблены. Выбирай любую! - девушка покачала головой. И как раньше она не замечала, что парень достаточно агрессивен, если что-то идет не по его?
- Потому, - ответил он с нажимом, глядя в черные глаза, - что у них нет того, что есть у тебя.
Что это за тайный компонент, Кристина выяснять не стала. Ей было просто не интересно. Он же не стал уточнять, что по большому счету имел в виду миллионы, доставшиеся ей в наследство. Парень понял, как сглупил, кода девчонка практически предлагала себя ему в жены. Он совсем не хотел жениться, считая, что двадцать лет слишком рано. Нужно еще погулять и насладиться свободой лет пять-десять. И лишь дядя Гуго популярно объяснил, что абертонские миллионы точно столько жать его не будут. Пришлось срочно ехать исправлять ошибку. Только похоже он опоздал.
Официантка тем временем принесла заказ.
- У тебя здесь кто-то есть? – усмехнулся Генрих. – Не отвечай, по глазам вижу, что есть.
Затем одним махом опрокинул рюмку водки в себя, крякнул, закусил корочкой хлеба и, сузив глаза, произнес уже с некоторой угрозой:
- Так ты ему передай, что я от тебя просто так не отступлюсь!
После этого резко встал. Бросил на стол десятиевровую купюру. И вышел из кафе, даже не оглянувшись. Возможно, рассчитывал, что бывшая побежит за ним следом?
