Осенью 1941 —летом 1942 года научные исследования в сфере атомной физики велись, может быть, менее интенсивно, но они не были прекращены! Так, в отчете РИАН за 1941 год было указано, что тематический план научно-исследовательских работ по урану был выполнен71. Более того, большинство ученых- физиков (кандидатов и докторов наук), несмотря на многочисленные просьбы отправить их в Действующую армию, были оставлены в тылу. Здесь они были нужнее, чем на передовой!
КОГДА ПРОЗВУЧАЛ СИГНАЛ НАЧАЛА АТОМНОЙ ГОНКИ
В 1934 году немецкий ученый Ида Ноддак—Так- ке72 высказала предположение, что при бомбардировке нейтронами ядра урана могут разделяться на несколько больших осколков, представляющих собой
изотопы уже известных элементов. Тогда ее научная работа осталась незамеченной не только зарубежными, но и германскими физиками73.
декабря 1938 года сотрудники Института химии кайзера Вильгельма в Берлине Фриц Штрассман74 и Отто Ган3 провели знаменитый опыт, на основании которого Отто Ган заключил, что ядро урана в результате бомбардировки медленными нейтронами «лопается», распадаясь на более легкие элементы. Так было открыто расщепление ядра. Результаты опытов ученых, опубликованных в январе 1939 года, послужили неопровержимым доказательством распада урана на более легкие элементы. Расчет задействованных в этой ядерной реакции энергий подтвердил результаты, полученные экспериментальным путем.
Сделав это открытие, Отто Ган немедленно проинформировал свою бывшую коллегу Лизу Мейтнер4, которая вместе со своим племянником Отто Фришем75 в феврале 1939 года опубликовала теоретическое физическое обоснование в английском журнале «Nature». В этой публикации Отто Фриш ввел в дальнейшем интернационально признанный термин: расщепление ядра.
Позже Лиза Мейнер напишет:
«Открытие расщепления ядра Отто Ганом и Фрицем Штрассманом стало началом новой эпохи в
истории человечества. Научное достижение, лежавшее в основе этого открытия, потому кажется мне столь необыкновенным, что оно было достигнуто чисто химическим путем, без всяческой теоретической наводки».
В одном из телевизионных интервью она дополнительно сообщила:
«Это удалось с помощью необычайно хорошей, просто фантастически хорошей химической работы Гана и Штрассмана, на которую в те времена больше никто не был способен. Позже американцы научились. Но тогда Ган и Штрассман были действительно единственными, потому что они были столь хорошими химиками. Они действительно с помощью химии открыли и доказали физический процесс».
А Отто Штрассман ответил, уточняя:
«Профессор Мейтнер сказала, что наш успех - результат химии. Тут я должен немного поправить. Ведь химия всего лишь сделала возможным разделение и добычу отдельных веществ, но не их точное опознание. Чтобы это сделать, необходим был метод профессора Гана. Так что это его заслуга».
Поясним, что деление ядер служит источником энергии в ядерных реакторах и ядерном оружии. Поэтому считается, что именно после этого открытия двух германских физиков началась «атомная гонка». Посмотрим, когда и как в нее вступили СССР, США, Германия и Великобритания.
В апреле 1939 года известный французский физик Фредерик Жолио-Кюри76 подтвердил на ряде опытов возможность ядерной реакции. Также он доказал, что при расщеплении атомов урана посредством цепной реакции выделяется колоссальное количество энергии77.
БЕРЛИН НАЧИНАЕТ И...
В апреле 1939 года на одном из физических коллоквиумов в Геттингенском университете (Германия] было сообщено о последних открытиях в ядерной физике и теоретической возможности атомного реактора («урановой топки», как тогда его называли в Германии). Руководство университета проинформировало об этом Имперское министерство науки, воспитания и народного образования. Последнее срочно сформировало группу ученых во главе с президентом Рейхбюро стандартов профессором Абрахамом Эзау. Так образовался первый центр, который должен был заниматься вопросами создания «урановой топки»78. Отметим, что в данном случае речь шла не о работах в сфере военного атома, а о попытке Германии использовать ядерную реакцию в качестве источника энергии. Работы этого центра финансировало Имперское министерство науки, воспитания и народного образования. И занималось оно соответственно мирным, а не военным использованием ядерной энергии.