Отдельные снежинки быстро превратились в настоящий снегопад. Снег застилал глаза, холодная талая вода, словно слезы, бежала по щекам, а Грязные Ворота продолжали дрожать и разрушаться. Яркие отсветы взрывов разрезали черное небо, и между вспышками Сандор едва не пропустил момент, когда дубовые бревна в фут толщиной рассыпались в щепки. В пробоине показался силуэт слона, вокруг которого с криками толпились темные фигуры.
Сандор подтянул ремень шлема и вступил в битву, надеясь, что копейщики последуют его примеру. Странно, но он, как никогда, чувствовал себя живым, понимая, что вот-вот погибнет. Вскоре Сандор оказался в гуще сражения; размахивая мечом, он на полном ходу врезался в какого-то ублюдка и тут же прикончил его.
Сандор с мрачным удовлетворением вспомнил, как сражался с Сынами Воина и людьми Аррена в той жалкой харчевне у Пасти, и подумал, что как-то это странно – сражаться теперь с Сынами Воина бок о бок. А потом времени на то, чтобы думать, не осталось. Он рубил и колол направо и налево; клинок окрасился красным, когда он вытащил его из трупа какого-то сукина сына с солнцем и копьем Мартелла на плаще. Удар, выпад, еще удар. Сандор пробивался сквозь густую снежную пелену, ни о чем не думая, просто убивая врагов одного за другим. Слон застрял в обломках Грязных Ворот, и Сандор взобрался по его дергающейся туше и сплеча рубанул вопящего погонщика, запутавшегося в балдахине. Удар получился хорошим, потому что бедолага захрипел и затих. А потом, прежде чем ему удалось решить, хорошая это идея или нет (идея была плохая, просто самоубийственная), Сандор оказался на другой стороне стены и побежал к берегу.
Вот это он хорошо понимал - в открытой схватке он всегда был несокрушим. Сандор убил человека, стоящего перед ним, потом второго, напавшего сзади, и тут же прикончил третьего. Кровь шумела в ушах; назад пути уже нет. Краем глаза Сандор заметил Честных Бедняков, выбирающихся наружу из-за мертвого слона, и впервые обрадовался их присутствию. Какого хрена, где Рендилл Тарли? Если лорд Рогова Холма все никак не может явиться на суд, где Сандор должен сразиться с Грегором, он мог бы, по крайней мере, остановить продвижение Эйегона. Если, конечно, не свалил куда подальше. Может, это все одна большая подстава.
Сандор забыл обо всем, кроме сражения. С каждым вздохом в рот попадала ледяная крошка, но он не обращал на это внимания, просто дышал в такт взмахам меча, словно сросшегося с рукой. Сандор отбил режущий удар, направленный в плечо, развернулся и убил того, кто напал на него, а потом бросился на землю и перекатился через себя, еле успев увернуться от ног слона, бегущего со стороны ворот. Обезумевший зверь крушил и друзей, и врагов, он промчался так близко от Сандора, что тот слышал, как вздрагивает земля, а затем потопал прямо к одному из горящих баркасов.
У Сандора похолодело в животе. Он был зажат между двумя наемниками – по слухам, это были Золотые Мечи, - и не мог освободиться вовремя. Он не мог вмешаться, не мог вообще ничего сделать – только смотреть. Слон налетел на пылающее судно, превратив его в груду щепок, и тут же громогласно затрубил от боли. Во все стороны полетели горящие угли, некоторые упали в снег и с шипением погасли, но какие-то разгорелись, и вскоре берег окрасился огненными всполохами. Один, другой, третий – в воздух взмывали фонтаны искр, попадая в спину Сандору. Жар и холод, перемешиваясь, порождали воздушные вихри, разносящие огонь повсюду.
Путь к воротам был отрезан. Сандора обуяла жажда крови. Он прорубался сквозь толпу, превращая людей в трупы. Обернувшись, он прикончил наемников, пытающихся обойти его сзади. Умирающий слон отчаянно трубил, и Сандору показалось, что перед ним разверзлось седьмое пекло. Он не знал, каков расклад сил в этой битве, кто выигрывает, а кто проигрывает; наверное, нападающие уже прорвались в город. Но, взглянув через плечо, Сандор обнаружил, что отряд Честных Бедняков выстроился на мелководье почти у самой гавани; один ряд - лучники, поспешно выпускающие стрелу за стрелой, а второй ряд образовал живой щит, обороняясь от пешего войска Таргариена, которое высаживалось с кораблей на берег. Это был тяжелый, жестокий рукопашный бой; повсюду мелькали копья, мечи и топоры, люди налетали друг на друга и падали, словно спелые яблоки. Но наемники как будто высматривали кого-то, и Сандор вскоре увидел тоже.
