Теон всхлипывал, захлебываясь слезами. Аша опустилась на колени и попыталась освободить его, но он неистово оттолкнул ее обеими руками. В его остановившемся взгляде плескалось безумие.
- Кира! Кира, нет! Беги! Беги! Он… со своими сучками, он близко, он вышел на охоту… не возвращайся, Кира, не надо… я отвлеку его, а ты беги… беги, пожалуйста, беги!
- Теон! – закричала она. – Теон, прекрати, это я! Это Аша! Прошу, не двигайся, просто не…
Без толку. Его поглотил ужас, вызванный ожившими воспоминаниями. Аша видела, как сквозь разорванные кожаные бриджи показалась кровь. Им нечем обработать рану, и если она воспалится… что ж, это не самая насущная из забот, но…
Она боролась с братом, чувствуя, как слезы замерзают на щеках. Может, Теон слаб и искалечен, но его охватила паника, и это придало ему неестественную, небывалую силу. Аше едва удавалось удерживать его на месте. Вокруг них начала собираться толпа. Они не могут тратить драгоценное время, им нельзя…
Из темноты появилась зловещая фигура, и Теон снова взвизгнул. Он попытался уползти, но капкан крепко держал его, и ему не удалось сдвигуться с места. Он не может… она не может…
- Проклятый безумец, - пробормотал один из рыцарей, то ли со злостью, то ли с жалостью…
- Перевертыш, - раздался голос Станниса. Король проворно опустился на одно колено, хлестко ударил Теона по щеке и подождал, пока тот сможет сосредоточить взгляд на нем. Потом король потянулся к капкану и закованными в стальные перчатки руками почти без усилия разжал зубья. – Вставай. Нужно торопиться.
Теон, весь дрожа, несколько раз глубоко вздохнул, глотая морозный воздух. По его подбородку стекала пена. Аша вытерла ее рукой, изнемогая от пристальных взглядов, а потом наклонилась к Теону, надеясь, что он позволит ей помочь ему встать. Он принял ее помощь и поднялся на ноги, робко оглядывая собравшихся.
- Я не… я не знаю, что случилось…
- Капкан на человека, - насупившись, произнес один из горцев. – Ну теперь мы видим, как гостеприимно Бастард нас встречает. Он здесь.
- Да, он здесь, - согласился Станнис. – Поэтому время для нас ценнее всего. Теперь о неожиданном нападении придется забыть, так что мне нужны факелы и волынки. Мне нужна вся ярость Севера.
Горец долго смотрел на него, а потом из-под белой бороды показалась щербатая улыбка; из-за снега нельзя было разглядеть, молод он или стар.
- Будет сделано, ваше величество - сказал он.
Команда быстро разлетелась по всему отряду. Запылали факелы, все, какие были; в темноте, завидев множество огней, враг решит, что войско больше, чем есть на самом деле. Затем загрохотали барабаны и запели волынки, и от их рева мороз продирал по коже. Все происходило, словно во сне, и Аша вдруг поняла, что дрожит так же сильно, как Теон. «Бум. Бум. Бум», - били барабаны, а волынки выли, словно зимний ветер. Среди моря огня и теней, под боевую песнь, армия Баратеона пошла на приступ.
Впереди показалась крепость. Сначала был виден лишь огромный силуэт, еле различимый сквозь тьму, а потом в мерцающем свете факелов проступили призрачные очертания замка. Аша подумала, что по сравнению с Дредфортом Темнолесье просто жалкий деревянный ночной горшок на холме. На нее произвел глубокое впечатление Винтерфелл, его древние серые камни, высокие стены и башни, но Дредфорт был совершенно иным. Мощная квадратная крепость вздымалась над снегом, будто черный остов корабля; треугольные крепостные зубцы щерились, словно зубы; ободранный человек на знаменах, реющих над укреплениями напоказ всему миру, как будто танцевал под какую-то зловещую музыку. Все ворота, амбразуры и бойницы были заколочены, все слабые места укреплены. Защитников не было видно; Аша вспомнила, что войско Болтонов разгромлено и рассеяно, половина погибла при осаде Винтерфелла, а остальные заперты к югу от Перешейка. Даже если они прошли через Ров Кейлин, вряд ли им удастся добраться сюда живыми.
Внезапно у нее появилась слабая, безумная надежда, и она произнесла молитву, хотя и не знала, кому именно. Утонувший Бог не имеет власти в этом краю снега, камня и зимы. Аша не стала бы молиться ни Рглору, ни Семерым, которых чтят жители зеленых земель. Остаются Старые боги, единственные боги, вечные и незыблемые, как само это место.
Отряд за отрядом, факел за факелом, меч за мечом, силы Станниса Баратеона приблизились к крепости. Барабаны все еще били, но волынки замолкли.
- Бастард! – раздался громовой голос короля. – Мы пришли к тебе, Бастард! Выходи! Выходи и умри!
«С чего бы ему это делать?» - подумала Аша, точнее крошечная часть ее, не взволнованная величием момента. Даже если Рамси Болтон там совсем один, у него все равно есть преимущество. Они могут сломать ворота, но это будет не легко и не быстро. А внутри наверняка полно ловушек – капканов или еще чего похуже. Аша теснее прижалась к Теону, не зная точно, кто кого держит.
Темные парапеты были пустынны. Станнис снова прокричал свой вызов.
