— Яблоко и мед.
— Лили! Лил!
Увидев, что она остановилась, Ремус сорвался с места и побежал. Лили как раз выходила из общей гостиной. А он ноги стоптал, разыскивая её по всему замку.
— Ну как ты? — спросила она, когда он остановился рядом и привычным жестом откинула волосы назад. Лицо у неё было бледным после многочисленных бессонных ночей в подземельях. Глаза, покрасневшие и уставшие встревоженно впитывали Ремуса, даже губы, выцветшие без улыбки, казались бледнее обычного. Он почувствовал укор совести.
— Могло быть хуже, — Ремус неопределенно дернул плечом и кивнул для убедительности. — Всё хорошо... на удивление. Лили, тебе нужно больше отдыхать.
— Я искала тебя целый день, — перебила она и протянула ему какую-то вещь, завернутую в маленькую белую тряпицу. — Вот, держи.
Ремус развернул ткань и ему на ладонь упал маленький металический термос.
— Твоё зелье, — Лили прерывисто вздохнула и чуть нахмурила брови. — Запах у него отвратительный, пришлось зачаровать термос, чтобы никто не услышал и я почти уверена, что на вкус оно не лучше, но ты должен выпить его за час до полуночи, иначе может не сработать. Ему нужно время, чтобы тебя... пропитать.
— Я так и сделаю, — Ремус поднял на неё взгляд. — Спасибо, Лили.
Она моргнула, так, будто ей в глаза попал песок, а потом вдруг шагнула вперед и крепко обняла его.
Ремус сначала страшно растерялся (не так часто его обнимали девчонки), а потом нерешительно поднял руки и обнял её в ответ. Плечи у Лили были удивительно хрупкие, а волосы наоборот пышные и обнимать её было очень приятно. На секундочку в голову влезла шальная мысль — Джеймсу повезло, что он имел возможность обнимать её.
— Будь осторожен.
Ремус кивнул и она ещё крепче сжала объятия.
— Всё будет хорошо.
— Эй, найдите себе комнату!
Они отскочили друг от друга. Где-то за стеной лестница с гулким стуком ударилась об этаж, а им навстречу уже шел Бродяга. Мрачный, с напряженно сведенными бровями, он усмехнулся, взглянув в их пристыженные лица и, подойдя ближе, встал прямо между ними.
— Ну, что уставились? — Бродяга по-очереди посмотрел на них и раскинул руки. — Что, меня никто не хочет обнять? Совсем никто?
Ремус хотел было отшутиться, но тут увидел, что рука его друга локтя перемазана кровью.
Слова застряли в горле. Взглянув на Лили, он понял, что не одинок в своем потрясении.
— Сириус! — Лили сглотнула. — Что с твоей...
— Где ты так, Бродяга? — Ремус схватил его за предплечье прежде, чем он успел спрятать руку.
— Что — это? — Сириус повертел покалеченной кистью так, словно любовался. — Да так, переусердствовал. Понимаете, о чем я? Ну что, Лунатик? Ты готов? — он хлопнул его по плечу здоровой рукой.
Ремус показал ему термос.
— О, волшебный чай? — Сириус схватил термос и тут же попытался открутить крышку. Лили и Ремус с дружным криком «Нет!» остановили его.
— Вот жадины, а, — протянул Сириус. — Ладно, пей сам.
Пару мгновений они помолчали.
— Не боишься? — тихо спросил Сириус, пристально глядя на Ремуса. Они втроем держались за термос так, словно он был порталом в лучший мир.
— Нет, — твердо ответил Ремус и в свою очередь посмотрел на Лили. — Всё будет хорошо. Я не боюсь.
— За зелье я ручаюсь. — прошептала та, глядя на них по-очереди. — Оно сработает. А сейчас вам лучше поспешить — сейчас сюда придут мракоборцы.
Они разжали руки.
— Надо дождаться Сохатого и Хвоста, — Ремус бережно завернул термос в ткань и спрятал под мантию. — И сразу пойдем туда.
— Джеймс в гостиной... только он занят слегка, — тихо произнесла Лили и опустила взгляд на свои руки так, что волосы снова свесились ей на лицо. Ремус и Сириус переглянулись, но когда Лили снова подняла голову, увидели, что глаза её горят сухим, зеленым огнем.
— Будьте осторожны, прошу вас. Если с вами что-нибудь...
Они снова переглянулись и, не сговариваясь, шагнули к ней.
— Лили, ну что ты...
— Всё будет о’кей, принцесса, не бойся за нас!
Он обняла их по очереди, изо всех сил стараясь не расклеиваться. Сириус чмокнул её в щеку, Ремус потрепал по плечу.
— Хорошо вам погулять, — она окинула их светлым взглядом и вдруг улыбнулась, так тепло, что Ремус вдруг в самом деле перестал бояться.
Наверное за эту улыбку Джеймс её и полюбил.
— Вы уверены, что это необходимо? — в пятый раз жалобно спросил Питер, глядя на Ремуса. Тот сидел у стены, голый до пояса, со связанными руками и ногами, тяжело дышал, вытирал пот с шеи и затравленно искал в окнах тот самый луч, который его обратит. Время влилось в полночь и словно замерло. Трансформация могла начаться в любую минуту и чем дольше её не было, тем крупнее дрожал Ремус. Рядом с ним на полу валялся пустой термос и в комнате Визжащей хижины, где они прятались, все ещё витал острый, режущий горло и глаза запах Волчьего противоядия.
— Слушай, Хвост, заткнись, — нервно попросил Джеймс. Он ходил перед Ремусом из стороны в сторону, обхватив себя руками. — Итак тошно...
Питер вздохнул и отвернулся.
