- Ты...- Паша провел ладонью по лицу.- Дима, если ты не хочешь, чтобы она каталась, ты должен ей сказать об этом. Слушай, ты на самом деле всяческим образом делаешь так, чтобы она не подходила к машине. Сейчас, да, у нас куча проблем и ей некогда, она вспоминает об этом раз в неделю, но потом? Что будет потом? Ты же сам не будешь это бросать, ты же не уйдешь из гонок, следовательно, они и в ее жизни останутся. И тебе решать, способен ли ты спокойно смотреть на то, как она рискует... либо же...
- Я знаю на что она способна.
- Понимаю, она реально талантлива,- согласился Паша.- С ней можно работать! Плюс, она сама хочет этого... Но... Тут же дело в другом...
Отвернувшись в сторону, Дима медленно вздохнул:
- Я как-нибудь сам решу это.
- Ты то решишь, но сейчас тебе это выльется в нехилый скандал... Ее понять можно.
- Пф...
- Тебя тоже можно понять... Поэтому, тебе надо поговорить с ней... Я так думаю... А не...
- Я понял! Не надо думать, что ты тут у нас такой философ, что прям обосратья!- вновь схамил ему Дима.
- Окей!- поняв, что с Франком говорить чрезвычайно сложно, этот человек был сам себе на уме, Паша решил далее не ссориться с ним. Разбирайся с этим сам. А мы... Встретимся на старте... Помни, что я тебе сказал с самого начала...
Удивительно, свидетельницей скольких событий я стала за сегодняшнюю ночь.
Я потихоньку начинала осознавать, что все не так то просто, как казалось со стороны. Все мы по отдельности или вместе создавали чрезвычайно сложный механизм, каждая частичка которого взаимодействовала с оставшимися. Многое между нами было не таким гладким, как должно было быть, каким бы я хотела это видеть.
Пожалуй, судя по тому, что сказал Павел, между Франком с Берг царила некоторая недосказанность, в свою очередь, я не могла не заметить, какими были отношения между самим Штормом и Дмитрием. Порой мне казалось, что Дима оценивающе смотрит в сторону второго, примеряет на себя его решения, старается прислушиваться к ним, а в другой, я наблюдала совсем противоположную картину, когда эти двое грызли друг друга, будто бы их давняя вражда брала верх и указывала, кто они друг другу на самом деле.
Я так же понимала, что куда проблематичней обстоят дела у моей сестры с большей половины участников компании, она безусловно раздражала многих своим поведением. Кас с Цепью. Саша, в отличие от остальных не мог примириться с предательством Андрея. Я понимала его, это на самом деле было сложно, взять и простить, но, познакомившись с Касом поближе, я верила, что он хороший человек, да, со своими тараканами, но он был достойным этой компании.
Я же переживала за то, что никак не могу откровенно поговорить с Цепью. Путалась в его мыслях, иногда казалось, будто бы мы взаимно симпатизируем друг другу, но, в то же время, он как-то отвлекался и будто бы боялся меня. Я ловила на себе его взгляды, полных нежности и внимания, но стило мне сказать что-то, по-моему мнению, самое обыкновенное, не вызывающее сомнения, и он переменялся, будто бы желая поскорее закончить наш разговор. Слова сказанные Касом, я не восприняла всерьез. Я уже знала, что он через чур бесшабашен, для того, что бы говорить о чем-то серьезном, но его фраза о том, что я ему нравлюсь, прочно засела в моей голове. Как не крути, я была девушкой и не могла пройти мимо подобного, закрыв на это глаза. Меня мучило любопытство. Но с другой стороны, тот факт, что Кас с Сашей... Это хорошо, что я думаю у себя в голове, и они никогда не узнают об этом.
Вот так!
И все это происходило между нами! Нет, наверняка, между ребятами было еще много чего интересного, но, пожалуй, я наскоро вспомнила все самое яркое, самое бросающееся в глаза.
Парадокс. При всем при этом, как я уже говорила, мы постепенно становились, превращались в одну семью. Верней, мы приживались к той, что была до того, как я, Ната, а так же попытавшийся разрушить столь сильные связи, Павел, существовала уже долгое время.
На старте горели огни машин Влада и Шнурка.
Не смотря на середину ночи, я ни капельки не устала и продолжала с интересом следить за гонками.
До того, как Франк объявил о начале второй части, парни соревновались между собой, выписывая вокруг друг друга всевозможные виражи, дрифтуя по несколько минут. Дима и обезумевший Саша сменил уже вторую резину, предыдущие пришли в негодность.
Вокруг нас пахло соженной резиной, но мы быстро привыкли к этому противному запаху.
Был дан старт.
Соперники вновь понеслись по проторенному пути, я болела за обоих, так и не решив для себя, кто из них лучше.
Парни шли ровно всю дорогу. Удивительно, добравшись до середины, успешно преодолев ее, они все еще продолжали мчать рядом друг с другом. Они словно ехали в паре. Это было фантастически, у меня вышло много красивых снимков и именно благодаря одному из них...
- Блллляяяяять...- Франк пристально то приближал, то отдалял фотографию.- Ну... Это ничья!!! Это так не определишь! Блин!!!
В конечном счете, все единогласно согласились на то, что Влад с Шнурком проехали дистанцию совершенно одинаково.
- Ну что? Ты будешь болеть за меня?
