- И чего ты хочешь?- спросил он, спрятав ладони в карманы джинс.
- Ничего не хочу,- пожала она плечами в ответ.- Я хочу вернуть себя. Я хочу, чтобы ты считался со мной. Я всегда слушала тебя. Слушала, чтобы ты не говорил... Но тебе все равно, как бы я тебе не намекала на то, что ты не даешь мне кататься, что ты порой через чур уходишь в свои проблемы, отстраняясь от меня, что ты зачастую выстебываешь меня тогда, когда я говорю на серьезные вещи... Сегодня я пострадала по твоей дурости в последний раз. Я хочу расстаться.
Не выдержав, я отвернулась к стенке.
- Нет,- покачал он головой.- Это такая глупость! Просто ни с чего! Все это какая-то билиберда!
- Да, Франк. Мы расстаемся.
- Бред,- покачал он головой,- тебе надо отдохнуть.
- Это тебе надо понять, что я ухожу от тебя,- я еле-еле ее слышала.
Полина направилась к двери. А он все еще смотрел ей в спину. Когда ее рука коснулась ручки, он воскликнул:
- Полина!
Она тот час обернулась, будто бы сама была ошеломлена, не понимала что происходит, кажется, до конца не осознавала, что творит.
- Не надо! Я прошу тебя...- она делала ему больно. Я видела это.- Не говори так.
- Мы расстаемся.
Она открыла дверь.
Он знал, что она сейчас уйдет, но, кажется, у него закончились силы. Он не сходил со своего место, будто бы разучился ходить.
Я не узнавала его, казалось бы, сейчас, тот самый момент, когда он должен был по своему обыкновению вступить в бой, не сдаваться... Но на него было страшно смотреть. Он был похож на маленького испуганного ребенка. Я не знала, что он вообще может быть таким.
- Я люблю тебя,- продолжая стоять на месте, он смотрел на нее своими зелеными, уже совсем еле горящими глазами.
Как же мне хотелось, чтобы он сделал хоть что-нибудь. Почему он стоял на месте? Почему оставил ей право решать? Почему он сдался именно сейчас?
Я впервые услышала от него подобное признание, всегда он предпочитал укалывать свою девушку, высмеивать ее глупости. Нет, он был с ней и мягок, но такого я не видела между ним никогда. Судя по всему, никто не видел. Он был таким с ней только тогда, когда они были вдвоем. Видимо, именно поэтому ему было в несколько раз сложнее, открывать себя у всех на глазах.
Услышав эти слова, Полина замерла на месте, уткнувшись лбом в дверь.
- Если не сейчас, все это повториться. Ты не поймешь иначе.
- Берг...
Сквозь выступившие так нелепо и нелогично, слезы, я видела как он догорает. Мне было искренне жаль его. Поразительно. Как сильно сжималось сердце в груди.
- Я справлюсь со своими чувствами и ты справишься,- ответила она наконец.- В конце концов... может ничего и менять не надо будет, вдруг это и на самом деле была просто легкая непринужденная симпатия,- сказав это, она вновь сорвалась.
И ушла. Исчезла. Все-таки смогла.
А он не смог. Я не поняла, что значили ее слова. Как она могла сравнить их отношения с обычной симпатией.
Боже мой, только сейчас, взвесив все, наблюдая за ними, я поняла, насколько сильно они привязаны друг к другу.
Но я все равно не могла понять, насколько Франку больно слышать подобное.
Не выдержав, он прикрыл лицо ладонями и опустился на ближайшее к нему кресло.
Почему? Почему он не бежит за ней? Почему? Почему отпускает?
Я не могла этого понять! Я же знала... Я понимала, что, на самом деле, она хочет... хочет, чтобы он боролся. Не смотря ни на что. Я верила в это.
С ним творилось что-то совсем странное.
Берг просто убила его своими последними словами.
Произошедшее так же сильно повлияло и на остальных.
Боясь сделать что-то лишнее, к нему направился Кас. Многие лишь испуганно смотрели на него, не зная, что делать. Саша вовсе жался к стенке, начиная понимать, что он сам того не желая, был причастен к ссоре.
- Димон, эй!- присев рядом с ним, Кас положил руку на его спину.- Все наладится...
Тот лишь покачал головой. Закрывая от всех свое лицо, он смотрел в пол, стараясь справиться с шоком.
- Не думай, что она все это всерьез... Ну что, ты Берг не знаешь? Глупости все это,- кажется, Андрей и сам не знал, стоит ли ему говорить все это или нет.
Пускай хоть так. Пускай хоть он нарушит эту тишину.
Я видела, как все хотят ему помочь, я знала, что они ни за что не оставят его одного, что они сделают все, лишь бы ему стало лучше. Они были все-таки в первую очередь его друзьями. Для них он был самым важным.
Паша был прав.
С ней не было никого.
Это было не справедливо. Совсем не справедливо. Я была согласна с Кастильским. На сто процентов уверена в том, что Полина сказала это все лишь под совсем недавними впечатлениями. Она была обижена, видимо, обижена еще до происшествия. То, что из-за него она травмировала руку стало последней каплей. Ей было больно, ей было обидно. Все это было неправильно. Все это нужно было исправлять. Не привлекая к себе внимания, я направилась к лестнице, за ней.
Возле двери, меня остановила чья-то рука.
Обернувшись, я увидела за собой злого, рассерженного Павла.
- Я все поняла,- пробормотала сквозь зубы.
- Ты справишься?
- Да,- еле заметно кивнула. Жестом позвала к себе Настю.
