Обнимая его за плечи, я уверяла его, что не таю обиду ни на какие его действия, хоть он не переставал извиняться и убеждать меня, что переживает о том, насколько некрасиво повел себя.
Он повторил мне ровно то, что до этого рассказала Полина. Видимо у Берг была шикарная память, ведь ее версия отличалась от версии Цепи лишь более красочными эпитетами.
- Прости, я просто немного приукрасил, когда сказал тебе, что все решил для себя. Мне на самом деле стало легче, когда ты сказала, что решила остаться одна, хоть это было глупо, ведь очевидно, что ты просто сама запуталась. Однако, я не имел право, из-за своей обиды ставить под удар твое решение. Какое оно не было бы. И да, мои слова о разочаровании, это глупость. На самом деле. Просто обида.
- Саш, все, хватит! – взмолилась я.- Я все поняла! Поверь!
- Блин, я просто...- провел он рукой по волосам. – Я не хочу ощущать то дерьмо, в которое я вляпался со всей этой историей, понимаешь? Я никогда не позволял себе переступать через других, это, по моему мнению, низко и отвратительно, а ведь я поступил именно так. Прости! И если я могу что-то, я могу извиниться и перед...
Я знала, что ему очень сложно говорить подобное. Я была шокирована, тем, что он готов пойти ради меня на это.
- Не надо,- покачала я головой.
- Но!
- Саш, я разберусь сама. – Ответила я ему.
- Все! Хорошо! – поднял он вверх руки. – Это на самом деле лучше всего!
Проведя рукой по моей щеке, он улыбнулся:
- Не переживай, все наладится.
Я знала, что чтобы он не говорил и не показывал, ему не хотелось обсуждать это. Просто не могло хотеться, поэтому я лишь молча кивнула, решив сменить тему.
Разрешив ему довести себя до дома, я в первые за долгое время повеселилась.
Заехав по пути в торговый центр, он уговорил меня сходить в кино на веселый мультфильм, совсем недавно вышедший на экран. Нам на самом деле было легко, и прощаясь, мы обнимались крепко, искренне, как близкие друг другу.
На моей душе наконец-таки стало спокойно. Я знала, что все наконец-таки разрешилось теперь уже точно и навсегда.
Я была рада, что сумела удержать его, что он остался моим другом, и что теперь я могла доверить ему все свои тайны. Ощущать, что в твоей жизни есть человек, который всегда поможет и подставит свое плечо, а именно таким был Александр, было неописуемо.
Однако, это было не все. Я все равно не могла засыпать спокойно.
Прошло еще несколько дней, и я поняла, что умудрилась попасть в страшную западню.
Сначала я увидела его, весело болтающего со стайкой студенток, затем наблюдала за его внеучебными занятиями с небольшой группой третьекурсниц, которые были довольно впечатляющей внешности, да позволяли трогать себя тоже впечатляюще.
Я удрученно рассматривала себя в зеркало, сдувая челку со лба, периодически приподнимая себе грудь, надеясь, что от этого она увеличится размера на два.
Критично осматривая себя около часа, я вогнала в депрессию не только себя, но и Екатерину, усердно списывающую мой конспект по зарубежной литературе.
- Блин, сколько же еще мне писать? – простонала она, перевернув страницу. – Настя! Хватит! Не ты должна шлепать себя по заднице, а какая-нибудь мужская рука!
Прикусив губу, я ничего не ответила. Ну не говорить же ей, что описанная ей конечность не так давно постоянно сжимала меня не только за пятую точку, однако, как же я соскучилась.
Я непроизвольно представляла его перед собой, фантазировала, как он, вновь позволит себе зажать меня в самый угол, сжать своими сильными руками, целовать своими жаркими губами, как я буду кричать и отбрыкиваться, возражать, не веря, что особенная для него, но в тоже время, сама буду заботиться о нем, ведь он, каким бы не был большим и сильным, нуждается во мне.
- Рудковская, вы будете отвечать?
Я еле-еле сфокусировала свой взгляд на преподавателе.
- Что? – переспросила я.
По рядам начались еле слышимые смешки.
Осмотревшись по сторонам, я поняла, что мне противно. Просто противно. Да не хочу я находиться сейчас здесь. Не хочу.
Прервав преподавателя, не дослушав вопрос, я спросила, можно ли мне уйти с пары.
Шокированы были все, но я была поражена куда сильней всех.
Лишь вдохнув в себя холодный, осенний воздух, я поняла, что, кажется, сошла с ума и нужно вернуться, ведь мне еще сдавать зачет по этой теме, но ноги сами несли меня к станции. Ничего мне не хотелось. Ни сдавать. Ни учить. Да пошло оно все.
Настя, не заболела ли ты?
- Настя, не заболела ли ты? – повторила мои мысли сестра, заинтересованно рассматривая меня со своего места.
- Нет! – замотала я головой. – Просто хочу пройтись по магазинам, хочу сходить в салон красоты.
- И это... это вместо пар? – отвисла челюсть у моей сестры.
- Ната! – развела я руками. – Ты не видишь? Не видишь, какая я страшная?
- А-а-а… М-м-м,- скривилась сестра. – Нет? Не вижу, вроде все как обычно.
Посмотрев на нее с укором, я продолжила:
- Я хочу почистить перышки, да ты сама мне это предлагала не так давно.
- Боже, Анастасия, ты меня пугаешь! Сильно пугаешь!
