<p>Тестер. Грань невозможного</p><p>Пролог</p>Алькона. Северная граница Империи. Комплекс укреплений Три Сестры. 563 год Новой Империи.
Холодно. Пронзительно– ледяной ветер норовит забраться под меховой капюшон. Она достает флягу и, с трудом отвинчивая колпачок, делает пару глотков обжигающе-крепкого напитка.
Но даже это не помогает согреться. Хорошо хоть, капюшон оторочен полоской волчьего меха и не замерзает от дыхания.
Она зубами стянула заиндевевшую рукавицу с левой руки и, запустив кисть за подкладку парки, нащупала маленький кожаный кошель с серебром. Пальцы сами скользнули вовнутрь.
Проклятое серебро. Без него она бы, наверное, осталась лежать никчемным, мерзлым куском мяса еще пару тысяч шагов назад.
Она сделала следующий шаг, медленно перебирая монеты. Один серебряный, десятка, пол-империала, гнутая половинка…Она перебирала их, как четки, и монеты сами, нагреваясь от тепла ее ладони, становились обжигающе горячими. Монетка, шаг, еще один. Энергия заструилась по измученному телу.
За все в этом мире надо платить сполна, и во всем, что происходит с тобой, всегда виноват ты сам. Безвинно только рождение и смерть. Так говорил ее Учитель. Даже в своих мыслях, не то что вслух, она не смела произнести его имя. Ее Учитель, ее любовник, предавший ее.
Очередной порыв ветра сдернул с ее головы капюшон, порвав завязки. Острая снежная крупа немилосердно ударила в ее лицо, и глаза заслезились, туманя взгляд.
Серое небо, белый нетронутый снежный наст. Уже много дней пути она не встречала никаких следов. Белое безмолвие.
Она села на снег, прячась от ветра. Закрыла глаза, перебирая монеты: Один серебряный, десятка, пол-империала, гнутая половинка…
Она была пуста, маны не было, как будто ее выпил какой-то сказочный зверь. Ее Учитель любил рассказывать различные предания.
Но что-то еще оставалось внутри нее, монетки помогали найти эти крохи и использовать их, чтобы не сдохнуть в ледяном аду.
Она замерла. На самой границе восприятия, на уровне слуховой галлюцинации она сквозь вой ветра услышала собачий лай. Но ей не показалось. Лай приближался, становился отчетливее и ближе.
Она заставила себя открыть глаза и чуть сдвинуть капюшон, защищающий ее от ветра. Через снеговой наст, проламывая его в каждом прыжке, несся крупный лохматый зверь, больше похожий на медвежонка, чем на собаку.
