Его рука прошла прямо за щитами воина в черном и отправила того в нокаут. Оба его щита слетели с рук и теперь валялись по обе стороны от него. Броня Гладоса также упала на пол, ведь пропало магнитное поле, которое его держало.
– Молодец, дуболом, – радостно сказала, побежавшая к воину Ева.
– Это было легко, – начал хвалиться Гладос, – Ты тоже, смотрю, справилась, малявка? Значит, ждем вестей от Виза с капитанского мостика.
– Капитанский мостик? – услышали они тихое хрипение Ролана, который почти пришел в себя, но всё еще не мог подняться на ноги, – Если он пошел на капитанский мостик, то ему конец. Ему не победить Пау.
– Ты недооцениваешь нашего паренька, – уверенно ответил ему Гладос, – Все недооценивают. Даже он сам
В это время, двумя этажами выше на капитанском мостике, Виз думал, как ему справиться с неизвестным для него врагом. “Возьми себя в руки, Виз! – пытался собраться ассасин, – Лучше отсидеться, пока действие обмана смерти не прошло и мои показатели не вернулись к нормальным значениям”. Он посмотрел на правую кисть, где были его полоски жизни и энергии души. Из-за недавно использованного навыка, который спас его от ловушки, они были в два раза меньше чем должны.
– Кстати, если ты решил отсидеться, я хочу тебя огорчить, – Словно, прочитав его мысли, сказал Пау, – Я установил особую ловушку для капитана.
Ассасин перевел взгляд на тело, лежащее под штурвалом: “Значит, это и вправду капитан”. Около ног предполагаемого заложника он увидел небольшой зайчик света. Посмотрев наверх, Виз увидел часы, которые висели прямо над ним. Стоило ему это сделать, противник продолжил:
– Как только стрелка укажет на пять часов, она перережет нить и запустит стрелы, которые окажутся для нашего капитана смертельными.
“Вот мерзавец, взял заложника! – негодовал внутри Виз, – Пять часов?” Ассасин посмотрел на часы, а затем на своё правое запястье: “Времени осталось не так много. Мои показатели не успеют прийти в норму, а значит, придется действовать так”.
Сколько бы ассасин не осматривал комнату, он не мог заметить ни одной нити или ловушки. “Похоже, что стрелы, которые он заготовил, тоже скрыты. Это превращение в тень? Или что-то другое?” Время неумолимо утекало. Обойти лабиринт из мебели не представлялось возможным. Оставался лишь один путь – внутрь, где его поджидали десятки смертоносных ловушек.
– Ты охотник? – вдруг спросил Виз своего врага, дойдя до места, где применил обман смерти, и вышел из режима невидимости.
– О, а ты смелый. Не боишься моих ловушек? – ответил ему Пау.
– Эти я уже обезвредил, – спокойно сказал ассасин, – А, если ты решишь на меня напасть, то раскроешь своё местоположение, так что… здесь я в полной безопасности. Так, ты охотник?
Ответа так и не последовало, что не было для Виза неожиданностью. “Видимо, да”, – подумал он. Охотники, про которых спросил ассасин – был кланов лучников, таким же, как и “Вороны”. Отличало их то, что охотники специализировались на бою против других людей. Иными словами они были обычными наёмниками. На клан Виза они не нападали, так как уже давно действовало мировое соглашение, но, не смотря на это, Верон – дед Виза, готовил внука к худшему раскладу.
Минутная стрелка на часах была всё ближе к злополучной цифре двенадцать, поэтому ассасину ничего не оставалось, как сделать шаг вперед. Опять это странное ощущение, как будто, что-то порвалось от его ноги. Мир для Виза замер. Парень напряг все свои чувства, чтобы предугадать, откуда прилетит стрела: “Слева!” Ассасин молниеносно выхватил кинжал и повернулся. Дзынь. Он смог отбить стрелу, но, в туже секунду, почувствовал острую боль в ноге.
– Ааа, – опустив голову, он увидел вторую, которая торчала из его голени: “Двойная ловушка?”
Быстро подняв голову, он не увидел новых снарядов, летящих в него: “Значит, он не собирается выходить?” Небольшая надежда Виза на то, что увидев его слабость, враг высунет нос из укрытия и покажет себя, не оправдалась. Времени оставалось всё меньше. “Что же мне делать? – подумал ассасин и опустил глаза на кинжал, – Дедушка…” На лезвии оружия было выгравировано послание от самого Верона. Виз знал почерк деда, поэтому был уверен, что гравировка была сделана им лично. Надпись на клинке гласила: “Ты тот, кто ты есть”.
– Тот, кто я есть, – прошептал он себе под нос, – А кто я?
Ассасину вспомнилось детство. Его тренировки с дедом. Вернее, конкретная тренировка
Тот день выдался действительно гадким. Дождь не прекращался с самого утра, превратив землю в скользкую грязь. Виз насквозь промок и замерзал, однако, для Верона это было не достаточным основанием для отмены тренировки. Дело было уже после того, как незнакомец в плаще вернул ассасину зрение, поэтому Виз не видел дальше десяти метров. Всё осложнял дождь, который превратил округу в серое однотонное месиво.
– На тебя нападут пять лучников, – строго сказал Верон, – Твоя задача – это выжить.
– Но, дедушка, я ничего не вижу – щурясь взмолил Виз.
– Врагу всё ровно, что ты его не видишь! Начали!
