Дети-демоны повалились на землю и застыли, свернувшись калачиком, как младенцы в материнской утробе. Старики оглашали окрестности стенаниями. Задул ветер. По реке поплыли клубы пара, поднялись над водой и растворились в воздухе.
– Господа! Понравилась вам наша Сайно Кавара?
Гид, непонятно зачем, взмахнула вымпелом. На синем треугольнике ткани красовалась белая буддистская свастика. Старики поднимались на ноги. А гид продолжала гнусавить, давая волю профессиональной интонации, задирающей кверху окончание каждого слова.
– Роли детишек в увиденном вами представлении с воодушевлением исполнили воспитанники клуба «Помоги!» при дошкольном учреждении муниципального спа-центра. Это учреждение работает по принципу самоокупаемости и существует исключительно за счет пожертвований наших гостей. Надеемся на вашу поддержку, чтобы ребята могли и дальше радовать нас своей игрой.
Сотрудник муниципалитета захлопал в ладоши как сумасшедший. При этом он призывно подталкивал меня локтем, и я был вынужден последовать его примеру. Вслед за мной к аплодисментам присоединились и старики.
Маленькие демоны неожиданно бросились к туристам. Задрав майки – на животе у каждого получилось что-то вроде кенгуриной сумки, – они обступили стариков:
– Это прямо вымогательство какое-то!
– А на что им содержать детский сад? Деньгами от муниципалитета сыт не будешь!
В группе были двое мужчин и одиннадцать женщин. Маленькие демоны окружили мужчин, наверное, они казались более щедрыми.
Наконец мероприятие подошло к концу. Старики гладили маленьких демонов по головкам, теребили за щечки, обнимали, когда прозвучал свисток, – гид приглашала всех в автобус. Старики уезжать не хотели, но все-таки выстроились друг за другом и пошли рассаживаться по местам. Автобус отъехал, маленькие демоны махали ему руками. Глядя на эту сцену, я представил переулок на задворках какого-нибудь ночного клуба – заведение закрывается, гости разъезжаются. Для отъезжающих клиентов церемония расставания знаменует окончание праздника, давшего возможность отвлечься от рутины повседневности, а для провожающих их женщин – это надоевшая, раз за разом повторяющаяся процедура.
Автобус скрылся вдали. Маленькие демоны окружили одного из своих товарищей и стали перекладывать собранные деньги из кенгуриных сумок в холщовый мешочек. Деньги вроде бы собирала та самая девчонка с необыкновенными глазами, которая была на полголовы выше остальных.
– Пошли! – предложил сотрудник муниципалитета. – Следующий автобус через два часа. У нас в центре есть кафетерий, правда, утром там можно взять только сэндвич. Спасибо нашему диетологу.
Он перешел реку по отмели и стал подниматься по насыпи. Теперь он перебирал ногами гораздо проворнее, чем когда спускался с горы. Я еле поспевал за ним.
Вдруг он обернулся и сказал:
– Извини, мне кажется у тебя с брюками что-то не так. Как-то ты идешь… Может, язва в паху?
– Что ты хочешь сказать?
– Давай напрямую: если подхватишь заразу, особенно когда гонорея, в паху часто язвы вскакивают.
– Послушай! Ну это уж слишком…
– Да ты не бери в голову. Подумаешь! Что такое гонорея для мужика? Есть полно антибиотиков, они быстро снимают…
– Нет у меня ничего такого!
– Здесь политика такая: у кого что-нибудь венерическое – ванны не разрешают принимать.
– Да нет у меня ничего!
– В общем, надо будет пройти медосмотр. У нас есть врач на договоре. В городском уставе записано.
Поджидавшие нас наверху маленькие демоны радостно закричали. Девочка с глазами передала вожаку мешочек, округлившийся от пожертвований.
– Ого! Тяжеленький…
Сотрудник муниципалитета бросил мешочек в багажник минивэна.
– Ну что? Покажем всем сегодня? Шагом марш!
Маленькие демоны двинулись вперед, шагая в ногу, лица их раскраснелись от удовольствия.
Вожак перекинул на заднее сиденье узел с бельем, видимо приготовленным для стирки, и бумажный пакет из супермаркета; протянул руку и открыл для меня дверь. В минивэне пахло плесенью и немытым телом, хуже, чем в мусорном бачке. Мотор под капотом ожил и снова загудел, как кипящий чайник.
Мы выехали на совершенно обыкновенную сельскую дорогу, от других ее отличала только сера и поднимающийся от реки пар. Вдоль дороги в беспорядке были разбросаны магазинчики и лавчонки. Сбоку от дороги, на заднем плане, виднелись поросшие леском холмы, пространство меж которыми заняло поле, покрытое оставшимися после собранного урожая ботвой и листьями.
– Что там выращивали?
– Земляные орехи. Арахис.
Река скоро пропала из вида. Ну это понятно. Выше по течению – канал, соединенный с подземным тоннелем. Хотя рельеф, конечно, труднообъяснимый.
