Все-таки медсестра есть медсестра. Она аккуратно протерла голень спиртом, ловко подхватила пинцет. «Прошу прощения!» Такой любезности я от нее не ожидал. Она потянула росток, но он оборвался.
– Извините! Не больно?
– Ничего.
– Неудачно получилось. Не так надо было. Можно еще один?
В этот раз она действовала со всей возможной осторожностью. С ювелирной точностью. Глаза за стрекозиными очками смотрели серьезно. Я невольно залюбовался изгибом ее бровей. Под ее взглядом моя дайконная болезнь казалась еще более жалкой и отвратительной.
Поддавшись пинцету, росток выскользнул из поры. Без боли, без жжения. Скорее наоборот – я даже почувствовал облегчение, словно гнойный прыщ прокололи иголкой.
– Это ведь росток дайкона?
– Похоже, хотя надо бы еще уточнить в овощной лавке…
– А эта красная бусинка на кончике – кровь, наверное?
– Я покажу доктору.
– Спросите его: может, он прямо сейчас меня примет?
– Но у вас же нет температуры?
– Пусть без температуры…
– Сядьте здесь, подождите.
Сестра скрылась за шкафом с карточками пациентов, а я быстро спустил брючину и поставил ногу на пол. От долгого стояния на одной ноге в неестественной позе ломило бедренный сустав.
Дверь распахнулась, и на пороге возник первый пациент. Школьник с болячкой за ухом. Второй была девочка постарше с блестящими, алыми от воспаления губами. Не успевала дверь закрыться, как появлялся новый больной. К моему удивлению, большинство оказалось школьниками. Они вели себя тихо, подходили к шкафу и, выбрав комикс, садились на диванчики, листали страницы. Потом одна за другой пришли молодые женщины, их собралась целая стайка. Косметический дерматит, ожоги от растительного масла и все в таком роде. Получается, я зря грешил на это место, полагая, что здесь специализируются на венерических больных. В ожидании своей очереди женщины тайком поглядывали на меня, с подозрением, не понимая, что я делаю в их компании. Пусть уж лучше думают, что я с гонореей. Что бы с ними было, если бы узнали, что у меня на ногах вместо волос растет дайкон?
В кабинете врача заскрипело вращающееся кресло. Мне казалось, что прошло уже несколько часов, хотя по часам только шесть минут и двадцать секунд.
– Кто первый по очереди, проходите! – послышался тонкий приторный голос медсестры.
Я вскочил и у двери кабинета налетел на мальчишку с экземой за ухом.
– Осторожней!
Мальчишка лягнулся и попал мне по ноге. Боли не было, но я инстинктивно вскрикнул. Сестра распахнула дверь, схватила мальчишку за руку и потянула в кабинет.
– Ждите своей очереди!
– Но у меня же первый номер!
– Сначала те, кто по очереди. Я же вам говорила!
– Но у меня острый случай! Доктор что сказал? Вы ему показали? То, что взяли на пробу?
Сестра толкнула мальчишку в кабинет.
– Возьмите себя в руки. Ну что вы препираетесь? Разве так можно?!
– Извините. Я ничего такого не хотел. Что же все-таки доктор сказал? Он согласен, что это редкий случай? Так ведь?
Кто-то кашлянул. За самой дверью кабинета, всего в паре метров. Врач?
– Это который с дайконом?
– Он ничего слушать не хочет…
От этих слов у меня перехватило дыхание, спина напряглась. Что будет, если до других пациентов клиники дойдет, в чем моя проблема? К счастью, голос у врача оказался тихий и сиплый, и в коридоре, похоже, никто его не услышал.
– А еще такие случаи были? Это очень опасно? – заискивающе допытывался я через приоткрытую дверь.
– Я послал жену к зеленщику, чтобы он подтвердил. Знаете, причиной многих кожных заболеваний является плесневый грибок, а плесень сама по себе – это разновидность растения, вот и…
– Все так. Это понятно. Но разве бывают паразиты среди высших растений?
– Я посмотрю потом внимательнее…
Сестра подтолкнула меня в спину маленькой, будто лишенной костей ручкой.
– Самые неприятные пациенты – кто зациклен на себе.
Все места на диванчиках в коридоре были заняты. Надо бы позвонить на работу. Может, лучше взять сегодня отгул. В конце концов, не мозоль намял, дело серьезное. Я чувствовал, как под коленкой что-то постепенно растет, набухает. Я прислонился к стенке и стал ждать. Мне в голову не приходило, что в кожных клиниках может быть столько народа.
Очередь рассосалась лишь к полудню. В очередной раз я подивился своему терпению. С невинной улыбкой открыв дверь, сестра наконец соизволила пустить меня в кабинет. Теперь я мог присесть.
Доктор вышел из туалета и ворвался в кабинет как ураган, полы его белоснежного халата развевались. Сев на свое место, он потянулся, кресло под ним заскрипело.
Из глубины помещения послышался голос женщины средних лет:
– Думаешь, ничего страшного? Все-таки мы не знаем…
– Ерунда! – заявил доктор с неприятной, кривой усмешкой, не подходившей его брутальному лицу, на котором красовался плоский боксерский нос. – Извините, что заставил ждать. Сейчас у детей обострение аллергии. Поесть времени нет. Ну что? Давайте посмотрим…
Сестра постучала пальцем по краю корзинки, куда пациенты складывали одежду:
– Брюки сюда.
Взглянув на мои ноги, доктор охнул и привстал с кресла:
– Бог ты мой! Прямо джунгли какие-то… У вас это только на ногах?
