Тетрадь мага[СИ] полностью

В какой–то момент зал замолчал. Обычные разговоры, шушуканье и громкий смех пропали. Я удивлённо повернула голову и резко отвернулась обратно. Через весь зал шёл Корад. Его чёрную фигуру трудно было спутать с кем–нибудь. Его без эмоциональная маска смотрела прямо перед собой. Направлялся он, как мне казалось, ко мне. Мне опять стало страшно. Я попыталась успокоить ускорившееся сердце, но оно отказывалось меня слушать. Корад подошёл к столу, где раньше сидел маг, и сел на его место. Затем, его указательный палец, на который был надет длинный металлический коготь, стал водить по столу, вырисовывая что–то. Не к месту проснувшееся любопытство толкнуло меня к тому, что я посмотрела, что маг рисует. А рисовал он сложную руну. Причём не только когтем на деревянном столе, от которого оставались выжженные следы. В пяти сантиметрах над рисунком независимо плелась вторая руна уже из магической энергии. А это, насколько я знала, был уже мастер класс. Одновременно чертить сложные рисунки физически и создавать плетение другое, более сложное, мысленно — такое не каждый маг может. Я как зачарованная следила за быстрыми, резкими и отточенными движениями мага и за плавно расползающейся ядовито зелёной руной. Вместе они представляли собой единую руну, назначение которой я не знала. Пока не знала, но что–то подсказывала, что скоро узнаю.

Корад закончил через пять минут. К тому времени, на столе перед ним не осталось и чистого места, к тому же, над ядовито–зелёной появилась желтая руна, ещё более сложная и непонятная. Что бы такую понять, мне бы потребовался год, наверное. Слишком уж много было моментов, которые сливались. Затем, чёрный маг сделал жест, и руны сначала медленно, а затем с невероятной быстрой скоростью стали кружиться и сливаться в одну, а потом резко (я вздрогнула) вошли в стол. Руна на столе приобрела сначала белый, потом бледно–жёлтый цвет, какой и осталась.

— Готово, — сказал тихим, растекающимся голосом Корад и, встав, направился к выходу.

Но не успел он пройти и три шага от стола, как стол руна потухла, а стол развалился на части, словно разрезанный невидимыми лезвиями. Я, видевшая у стола, уставилась на кусочки стола, не понимая, что вообще произошло.

Корад обернулся, глянул на то, что осталось от его трудов, а затем сказал старому магу:

— Похоже, школьное приведение не хочет, что бы учеников проверяли таким способом.

— Но это не причина отменять всю систему, — возмутился старичок.

Иногда я поражаюсь старым магам! У них земля под ногами скорее разверзнется, чем они будут за нововведения. Вот стоят на своём, и хоть небо упади, не уступят!

— Что вы предлагаете? — поинтересовался Корад.

— Поработаешь детектором, — заявил ему старичок.

Это было сказано таким тоном, словно Корад был простым учеником, а старичок — его учителем, причём вредным до невозможности.

— Кажется, я сегодня начну охоту на приведение, — протянул Корад, затем сделал жест и вернул столу первозданную форму, но без руны.

По залу прокатилась волна негодования. Никто не думал, что столь опасный маг станет проверять их.

— Девушка, вы долго будете сидеть на стуле или пойдёте на проверку? — скрипучим голосом поинтересовался у меня старичок.

Я подскочила как ужаленная, и встала перед Корадом. Чёрная маска взглянула на меня быстро, а затем сказала:

— У вас, девушка, пятая ступень. Какое направление берёте?

— Р-руническая магия, — сказала я.

Пятая ступень? Но у меня не может быть такой ступени! Я же слаба!

— Рано тебе ещё изучать руны, — старик подошёл к столу. — Выбери что–нибудь проще.

— Но я…

Я растерялась. Почему моего мнения здесь никто не учитывает? Я хочу заниматься рунами, а не универсальной магией!

— Рано! Ты даже понятия не имеешь, как с такой магией работать. Вот получишь ступень пятидесятую, тогда только можешь задуматься брать руны. А до этого даже и мечтать не смей!

Я чуть не расплакалась. Как же так? Почему? Да кто этот старикашка вообще такой, что бы указывать мне?!

— Я бы не советовал быть вам столь категоричным юной леди, — заметил Корад.

Я посмотрела на чёрную маску с благодарностью.

— Протри свою маску! У неё способностей нет! Руки не из того места растут, что бы рунами заниматься! И магический потенциал у неё натянут искусственно, с помощью зелий. Как такую бездарность вообще прияли в школу? Таких, как она, в шею гнать надо!

В этот момент мне хотелось провалиться под землю от стыда. Мало того, что запретили выбрать моё направление, так ещё и про дар напомнили.

— Как знаете, — пожал плечами Корад. — Я предупредил.

— Что застыла? — упрекнул меня старикашка. — Иди уже.

Я молча, глотая слёзы, развернулась и пошла в сторону. Мелитриса меня тут же встретила и отвела в сторону, а мальчишки загородили от насмешек и противных взглядов.

— Всё хорошо, — сказала мне Ирма, обнимая меня.

Я ничего не ответила, уткнувшись в её плечо. Меня раньше из–за слабого дара всерьёз не воспринимали. То, что отставала от многих, мне прощали. Но никогда не говорили так прямо, по крайней мере, не при всех.

Следующая пошла Мелитриса. Вернулась она тоже с не очень хорошим настроением.