– Пусть только попробуют. Быстро объясню, что к чему, но думаю, не станут, – усмехнулся босс.
– Ты кстати, в курсе, какое отчество Оля намерена сыну дать?
– В курсе. Удивлён немного, но если честно, мне этот вариант больше нравится.
– А вот мне нисколько не нравится. Это явная демонстрация неуважения. Нельзя демонстрировать неуважение мужчине в семье. Ни к чему хорошему это не приводит. Вот сломают мужа, а потом обе локти себе кусать будут, потому что либо в тряпку его превратят, либо в амбиции он впадёт. Надо грань блюсти.
– Да какой он им муж, Алин? – босс поморщился. – Играют они обе. Пусть играют, пока нравится. Перестанет нравится, с таким раскладом меньше проблем. Или ты что-то другое чувствуешь?
– Ничего я не чувствую, Вить. Я последнее время так устала, что даже не пытаюсь какие-то свои способности использовать без особой нужды. Поэтому ничего про перспективы их взаимоотношений я не знаю. Вызывает неприятие именно демонстрируемое неуважение, не более того. Получается, родить ребёнка от такого отца она может, а официально признать это, дав ему его отчество не хочет. Бред какой-то. Я понимаю с Генрихом. Там стыдно было действительно даже упоминать о таком отце, забыть и не вспоминать. А тут-то? Сама выбрала, сама с ним живёт, говорит, что любит и уважает, и нате вам. Для меня это абсурдно.
– Озвучиваемая ею позиция такова: у неё все дети отчество имеют от русифицированного имени их отца, то есть Аслана. По-русски его имя Алексей. Он отец обоим её сыновьям. И он это признаёт. Она согласилась на обряд по его традициям, он должен согласиться на то, что его имя будет видоизменено в отчестве их детей согласно нашим традициям.
– Вот такая трактовка в голову мне не пришла. Оригинально, однако. Она именно это ему сказала?
– Да.
– Тогда ладно. Спорить не буду, особенно если он не против.
– Он не возражает, насколько я понял. Но можешь спросить его дополнительно.
Я согласно кивнула, и мы прошли в мой дом.
В гостиной был уже накрыт стол.
– Вдвоём посидим или Диму пригласить хочешь? – спросил босс, зажигая свечи на столе.
В голове промелькнула мысль, что Димку пригласить было бы хорошо, да и Владу можно было бы тоже, но вот не хочу никого видеть кроме босса. Устала. Поэтому тихо выдохнула:
– Вдвоём.
– Диме сама позвонишь или мне? Он ждёт тебя.
– Потом позвони, ближе к ночи, извинись, скажи: не хотела никого видеть, напилась, снимала стресс.
– Понял. Не вопрос. Что пить будешь?
– А ничего не буду, Вить. Не надо мне сейчас пить. И тебе, кстати, не надо. Давай просто поедим.
– Хорошо. Как скажешь, – покладисто согласился босс.
Мы поели, потом он сел на диван, закурил и, задумчиво пуская дым в потолок, негромко спросил:
– Алинка, скажи мне, как ты отнесёшься к тому, что приглашу тебя на острова слетать? Солнце, море, яхта… А то лежал в этой холодной реанимации и думал: Вот какого чёрта суечусь всё чего-то? Жизнь такая короткая, раз и закончилось всё, и на том свете даже нечего вспомнить будет. Хотя парочка стоящих воспоминаний есть, конечно, но вот мало их, мало. Давай ещё что-нибудь замутим с тобой, чтобы было что ещё вспомнить. А?
– Заманчивое предложение, – я встала, подошла к нему, села на колени и обняла, – в принципе не возражаю, только давай ближе к зиме. Чтобы из местных сугробов сразу в лето попасть. Хочу чтобы именно такой контраст был.
Затушив сигарету, он крепко обнял меня и, улыбаясь, заверил:
– Без проблем, моё сокровище. Хочешь из зимы в лето, полетим тогда, когда хочешь, и туда, куда хочешь. Как раз успею яхту купить.
– Зачем тебе яхта? Это же такая головная боль. Выезжаем мы нечасто. Возьми в аренду. Давай попробуем вначале, а вот если понравится, свою купишь. К тому же мы опыт будем иметь, что хотелось бы улучшить, чего не хватало. Ты чётко под свои потребности яхту можешь заказать.
– Под наши, моё сокровище. Под наши.
– Хорошо, под наши, за твои деньги. Я такую покупку не потяну. Особенно её обслуживание. Порт приписки, команда, всё это такой геморрой. Даже думать о таком не хочется. Могу пересмотреть своё отношение, лишь если пребывание на яхте мне несказанно понравится. Вот тогда сама начну просить, мол, купи пожалуйста, такую же но с золотистыми поручнями и иллюминаторами побольше, и ещё бассейном. Хочууу яхту с золотистыми поручнями и подсветкой у бассейна, ну купиии, – капризно сморщив носик, и театрально закатив глазки, просительно заныла я.
– Меня несказанно радует подобная перспектива. А попроси так сейчас что-нибудь. Что ты хочешь, мой ангел?
– Не знаю, – задумчиво повела я плечами. – Пока вроде ничего не хочу.
– Эх, жалость какая. Все женщины как женщины: хочу это, хочу то, и лишь ты одна: не хочу ничего. Так не честно. Давай, хоти что-то срочно.
– Витенька, я срочно не могу. Мне надо подумать. Как только придумаю, так сразу тебе об этом сообщу.
– Ладно, буду ждать. Это для меня очень приятная перспектива, чтобы ты такая: ой хочу, купи мне это, пожалуйста. И я такой: А легко, любовь моя. Не вопрос.
