— Конечно, Гарри. Проходи, — Луи отходит в сторону, съеживается, потому что они оба ведут себя чрезмерно формально. Они должны только репетировать. Луи же двукратный победитель Золотого Глобуса. И Гарри Стайлс не должен своими чарами сбивать его боевой настрой.
— Хочешь чаю, перекусить или еще чего-нибудь? — спрашивает Луи, в надежде, что это отвлечет его от всего этого дерьма, прежде чем они начнут.
— Нет, спасибо, — говорит он и как обычно садится на свой стул.
У Луи был просто шикарный план растянуть время подольше, но Гарри, кажется, хочет начать прямо сейчас, так что Луи берет свой сценарий из сейфа и садится напротив него. В этой сцене не так много диалогов, и ему это не нравится, но Луи должен отвлечься от своих нервов, потому что Гарри сейчас чувствует то же самое.
— Мы так странно себя сейчас ведем, — хихикает Луи, радуясь, что Лиама и Найла тут нет, и они не видят их.
Гарри немедленно перестает крутить сценарий в руках, когда понимает, что он это делает.
— Мне так жаль, Луи. Не думаю, что это нервы… Я просто не знаю, как мы будем это снимать, если я даже отрепетировать толком не могу.
Луи сжимает его руку.
— Тут не за что извиняться. Именно поэтому мы и репетируем, чтобы ничего не испортить… И если ты еще не заметил, я также нервничаю, как и ты.
Гарри смеется и качает головой, потому что все не так.
— Нет, я не поэтому нервничаю. У меня был жуткий фангерлинг по тебе, да и до сих пор, — краснеет он. — Ты же Томлинсон! Если бы ты знал, каково мне.
Луи хочет сказать, что он чувствует то же самое, что он тоже самый большой фанат Гарри, и его сердце уже рвется наружу. Но он не хочет рисковать и говорить слишком многое, что сделает атмосферу еще более напряженной, поэтому все, что он делает, это усмехается
— Давай начнем. А то чем больше тянем, тем хуже, — говорит он. Луи открывает свой сценарий и сканирует текст, читая заметки Джеймса на полях. Эта сцена начинается с того, что Гарри убирает после их совместного ужина в качестве друзей через два месяца после второй годовщины со дня аварии и года после попытки самоубийства Луи.
— Джеймс говорил, чтобы мы помнили, что дружба между персонажами только-только началась, что я все еще чувствую себя виноватым, потому что ты только оправился после аварии, и поэтому наши отношения еще очень шаткие. Ты уже знаешь, что хочешь, но я все еще не принимаю этого, — читает Луи. — Он также говорит, что подтекст этой сцены — моя капитуляция, и ты должен меня к этому подвести.
Гарри кивает, пока слушает, и даже записывает какие-то моменты в свой сценарий. Луи уже снялся в сцене, которая ведет к этому, где он в нескольких секундах, чтобы застрелиться, как получает звонок от своего психиатра, что Гарри проснулся, поэтому пытается вспомнить эмоции с того дня съемок, но Гарри начинает без предупреждения.
— Если что-то не так, скажи. Ты за весь вечер и слова не проронил, я даже не знаю, что ты чувствуешь. Разве сегодня не шло все хорошо? — умоляет Гарри с широко распахнутыми зелеными глазами. В них мгновенно отражается волнение, когда Луи ничего не говорит, и чем дольше тянется молчание, тем меньше становится его терпение. Они сидят в тишине так долго, что Гарри в конце концов нетерпеливо выдыхает, когда Луи продолжает его игнорировать. — Ты мог хотя бы попытаться что-то сказать. Блять, мне даже все равно, если ты солжешь, но обрати на меня внимание.
Луи наконец отвечает после нескольких ударов сердца.
— Какая разница, уже поздно.
Гарри усмехается и отвечает:
— Серьезно? Хочешь сказать, что я должен пойти домой? А ты останешься сидеть здесь, в четырех стенах, и будешь делать вид, что ничего не случилось? — Луи может поклясться, что слышит подлинное разочарование в голосе Гарри, когда он смотрит вниз и ждет его ответа. Его разрывает изнутри, когда он говорит следующую фразу:
— Я знаю, что мы оба облажались, но это не значит, что мы вдруг должны говорить обо всем, — плюет на него Луи. — У меня есть психиатр, лекарства и память, полная таких вещей, которые я никогда не забуду. Ты не знаешь, что творится в моей голове, даже если думаешь, что мы с тобой связаны только потому что мы в итоге выжили.
Боль в глазах Гарри от его слов заставляет Луи чувствовать себя дерьмово; они ведь даже не друзья, хотя Гарри думает иначе. Слезы наворачиваются на глаза, и он сердито отмахивает их, не позволяя им пролиться. Ему написали так сделать, но Луи все равно застигнут врасплох, когда Гарри встает и стремительно подходит к двери.
В реальности у Гарри нет пальто и каких-то вещей с собой, как будет у его персонажа, поэтому он просто останавливается, положа руку на ручку прежде, чем уйти.
— Когда людям выпадает второй шанс, они стараются начать жить заново. Попробуй, — говорит он и толкает дверь, но голос Луи останавливает его.
— Ты правда хочешь услышать, как в прошлом году я пытался убить себя? Потому что я думаю, что это не твое дело, но я все равно расскажу тебе, раз это так чертовски важно.
